Текст: Дмитрий Губин.

Пять лучших видов с высоты птичьего полета от Дмитрия Губина

В Петербурге, красота которого во многом держалась на запрете строить гражданские здания выше 23,5 метра (карниз Зимнего дворца), верхние обзорные точки наперечет. Попробуйте-ка пробраться на крышу Зимнего или попасть в экскурсионный час на колокольню Петропавловки! Колоннада Исаакия долго была единственным обзорным аттракционом. Хамское высотное строительство в исторической части города убило красоту ровной «небесной линии» Петербурга, но в компенсацию создало смотровые площадки для наблюдения за ее агонией.

1

Самая доступная точка для путешественника, прибывшего на Московский вокзал. Шаг с платформы — и ты уже в чреве левиафана «Галерея», этой Мекке питерского шопоголика. Шаг в лифт — и ты на последнем этаже, в огромном ресторане «Большая кухня» (с действительно недурной кухней при умеренных, на взгляд москвичей, ценах). Однако нас интересует не кухня, а балкон, опоясывающий ресторан со стороны Лиговки. Отсюда — вид на бывшую Знаменскую площадь, ныне площадь Восстания, с гигантской гранитной стелой-монолитом (вторым по величине после Александровской колонны) и надписью «Ленинград — город-герой» над гостиницей «Октябрьская». Вид не сказать, чтобы безумной красоты, однако неожиданный. Как минимум разок побывать следует.

Bonus. Сам ресторан считает своим бонусом стеклянную башню со столиком на двоих (бронирование — 10 тыс. рублей, залог не возвращается, так что имеет смысл приходить голодным). Но вид из башни по большому счету ничего не добавляет к виду с балкона. Поэтому, окинув орлиным (голубиным, чаячьим) взором Невский, разумно спуститься вниз и пройтись по солнечной стороне главного городского проспекта до перекрестка с Садовой, где в доме 54 расположен исторический салон фотографа Карла Буллы. В этом салоне за мелкую денежку пускают на балкон, нависающий над Невским. Гостинка, Публичка, «Катин» садик, Александринка — все как на ладони, включая печально знаменитый перекресток, где 3 июля 1917 года захлебнулся кровью поднятый анархистами и поддержанный большевиками мятеж.

2

Самая недоступная из всех в принципе доступных обзорных точек расположена на крыше многоэтажного (и архитектурно наглого, не сказать бы хамского, хотя по сервису очень приличного) отеля. «Введенский» в буквальном смысле вырос из здания гимназии, в которой когда-то учился Александр Блок.

«Невесомость» — гастробар на открытой крыше, абсолютный побратим зоны О2 Lounge на крыше московского отеля «Ритц»: побратим в смысле сумасшедшего вида, открывающегося на город. С крыши «Ритца» — Кремль, Красная площадь, Исторический музей, Александровский сад, Тверская. С крыши «Введенского» — Петропавловский собор, Народный дом, Исаакий, Казанский собор и вообще все. Однако если в О2 Lounge может подняться любой обладатель толстого кошелька, то «Невесомость» работает только в теплое время года и лишь по особым случаям. Здесь справляют свадьбы и дни рождения, устраивают корпоративы и проводят джазовые концерты «Музыка на крыше». Остается следить за афишей, вписываться в правильный корпоратив или, прикинувшись потенциальным брачующимся, договариваться с менеджментом отеля об ознакомительной экскурсии на крышу.

Bonus. Если побывать в «Невесомости» так и не удалось, можно утешиться видом с колокольни Петропавловского собора, до которого птице от «Введенского» лететь по прямой чуть больше километра. Немногие знают, что доступ на третий ярус колокольни открыт с мая по сентябрь, но строго по часам (в 11:30, 13:00, 14:30 и 16:00). Проблема в том, что число экскурсантов ограничено, а время экскурсий может меняться (перед визитом лучше позвонить по телефону 498-07-20).

3

Грамотный питерский тусовщик, желающий провести pre- либо afterparty в идеальном месте, идет с друзьями туда, где интерьером является экстерьер: не просто открыточный городской вид, а сумасшедше открыточный. Самым известным таким местом является ресторан «Мансарда», где новички столбенеют от громады купола Исаакия, занимающего целую стеклянную стену.

Я бы, однако, ради точно такого же вида на Исаакий, зрительно укрупняющего и без того немаленький собор, советовал идти в тихий эстетский отель W. Он расположен аккурат напротив дома Лобанова-Ростовского, на каменных сторожевых львах у которого переживал наводнение 1824 года герой «Медного всадника» Пушкина. И хотя столик в баре и на летней террасе — особенно на закате, особенно в пятницу и субботу — лучше резервировать заранее, здесь всегда невероятно интимно и как-то нежно любовно. А бармены и официантки ведут себя так, что помимо пяти сотен рублей за коктейль, хочется немедленно предложить им если не руку, сердце и прочие субпродукты, то нежнейшую дружбу до гроба.

Bonus. Если ваша компания велика, следует все же предпочесть «Мансарду» (Почтамтская, 3-5). Обычно, правда, ходят в шумную «Террасу» на Казанской, 3 (там роскошный вид сверху на Казанский собор, а зимой на террасе заливают каток). Но «Терраса» — это, к сожалению, одно из заведений Ginza project. Ginza, некогда образец ресторанного бизнеса, в полном соответствии с законом Паркинсона переросла компетенции создателей, и теперь там чего угодно можно ожидать: я как-то в пустом зале ожидал заказа час и с тех пор в «Террасу» ни ногой.

4

Что турист, что коренной житель, что знаток — все обычно проходят мимо этого маленького отельчика на Мойке (мало ли в городе таких). Разве что знаток бросит взгляд на треугольный рынок работы Кваренги (называемый, однако, «круглым»), или на дом 6 по Аптекарскому переулку, где была квартира актера Павла Самойлова, или на дом 2, где, говорят, теперь квартира второй леди страны Светланы Медведевой, о чем свидетельствует будка охраны с зеркальными стеклами.

И только гость отеля — или гость гостя — знает, что наверху, на пятом этаже, находится небольшое гостиничное кафе с прекраснейшим видом на Конюшенную площадь, Мойку и Фонтанку, Спас-на-Крови, Казанский собор. Кухня никакая, но чайник чая стоит всего 120 рублей. А если улыбнуться на reception, то в теплое время без проблем дадут ключ от крыши, со смотровой площадки которой открывается, в отличие от всех прочих мест, настоящий круговой, на все 360 градусов, обзор.

Знай и люби свой город — включая его отели!

Bonus. Те, кого дешевизна не прельщает, могут по соседству попить чайку раз в десять дороже. На крыше дома 7 на Мойке находится терраса PMI Bar (возможно, лучшего гастрономического заведения Петербурга, куда еще нужно умудриться попасть), а на противоположном берегу — вознесшийся после реконструкции главою непокорной на уровень Александринского столпа отель «Кемпински Мойка 22». Из его ресторана с летними террасами «Бельвью Брассери» — отличный вид на крыши и Дворцовую площадь. А также сопровождающие belle vue — beaux prix.

5

Ах, все здесь обман неопытной души! По адресу «Павлова, 5» «Рыбу» ресторатора Мнацаканова вы будете искать до морковкина заговенья: здание торгового центра находится у Кантемировского моста на углу Аптекарской набережной и проспекта Медиков, но в ресторан отдельный вход со стороны телебашни. В лифте всего две кнопки — нажав «2», вы взлетаете, взлетаете, летите, летите (ребенок рядом спрашивает шепотом: «Мамочка, мы едем на небо?»). Да, вы летите в серые питерские небеса, примерно на седьмой этаж. Описание вида, открывающегося отсюда, не вызовет энтузиазма — ни одного памятника, сплошь заводы и трубы Выборгской стороны, Большая Невка и простушка-телебашня, которую начальство, близкое Эллочке-людоедке, пытается заставить моргающей подсветкой соревноваться с Эйфелевой башней. Однако сев за столик у стеклянной стены, от этого вида — с плывущими корабликами, с движущимися по мосту автомобилями — уже не можешь оторваться. Вон там, по Большому Сампсониевскому, Ленин в ночь на 25 октября 1917 года шагал делать революцию в Смольный. Вон там — кипел, нагревался, перегревался пролетарский революционный котел рабочих застав, который царь глупо пытался заткнуть штыками, стволами, нагайками. Промышленная эстетика, царство паровых машин вызывают у сегодняшнего петербуржца те же нежные чувства, какие возникают у провинциала при виде лепестков елизаветинского псевдобарокко.

Bonus. К бонусам следует отнести отличную и недорогую кухню «Рыбы». А вот к малусам, увы, вид на то, как уничтожается петербургский архитектурный стиль, состоящий главным образом не в уникальности, а в подчинении правилам. Обильно выросшие в последние годы хамские многоэтажные мастодонты, вспарывающие картину, как нож Джека-потрошителя живот невинной жертвы, доказывают то, что наши современники за деньги готовы на все... Плюнуть на них с максимально возможной высоты, спуститься вниз и прогуляться пешком! Сначала по проспекту Медиков с новым строительством, потом по Большому проспекту со старыми домами, вплоть до Добролюбова, 16, корпус 2. Там на крыше бизнес-центра свил себе гнездо ресторан «Макаронники», на веранде которого можно не только валяться в гамаке, но и принимать душ. Не забудьте купальник, плавки и доведенную до совершенства в спортзале фигуру.