Очередное пришествие Христа

Издательство Ивана Лимбаха готовит к выходу роман Эрнана Риверы Летельера «Искусство воскрешения». Проза простая, цветастая, озорная и печальная, не знающая правил и стеснений. Повествование, текущее свободно, переходящее с элегантностью, легкостью, когда это нужно, от одного рассказчика к другому, от третьего лица к первому. Все это Эрнан Ривера Летельер — голос чилийских бродяг и шахтеров, чудаков и святых.

Эрнан Ривера Летельер

«Искусство воскрешения» можно прочесть как историю возвышенной любви в низменных страстях и тяжелых жизненных обстоятельствах. Мужчина ищет женщину, женщина — мужчину. И вот она — долгожданная встреча, обещающая счастье, знаменитое аввакумовское «так побредем».

Тот, кто надеется на половодье чувств в экзотических интерьерах пампы и шахтерского поселка, не обманется. В «Искусстве воскрешения» перед читателем новая история любви, не уступающая той, с которой российские читатели познакомились в книге «Фата-моргана любви с оркестром».

Но не только. Роман Летельера — это еще и живой очерк народных нравов, историческое повествование о Чили первой трети XX века, яркое, сочное поэтичное жизнеописание одного из самых необычных персонажей чилийской истории, не то юродивого, не то мудреца, не то святого, Христа из Эльки.

И все же это книга о христианстве, о его судьбе в гуманистическую эпоху. Перед читателем новая «Легенда о Великом Инквизиторе». Рассказ о втором, современном, пришествии Христа, а значит и о повторном его изгнании.

Никакой мистики, никаких чудес в библейском сказочном смысле. Христос Летельера — человек XX века. Поэтому и жизнь его, и повадка, и творимые чудеса (а их предостаточно) выдержаны в духе эпохи. Автор уже на первых страницах дает понять читателю, что времена изменились: чудо воскрешения предстает в поучительном ироническом ключе.

В нынешнем христианстве нет места для детской мистики и наивной романтики первых веков человечества. Летельер без всякой жалости отбрасывает присущую евангелистам политкорректность. Поэтому происходящее в романе поначалу воспринимается не то как пародия, не то как издевательство над библейскими событиями. А между тем перед нами всего-навсего современная версия вечно повторяющейся евангельской истории. Христос, первый, известный всему человечеству, вступил в Иерусалим, а Христос из Эльки в Вошку. Там была ослица, а здесь, «чики-чикичу, чики-чикичу», — дрезина. Там омовение ног, здесь чресл.

Но вот чудо — торжественность события не исчезает, таинство живо. Чистота и непорочность никуда не испаряются. Вера исторична, а религия вечна. Тяга к горнему остается, хотя и обретает очертания самые прозаические.

Сохраняются и гонения. Хотя форма их сменилась, да и гонители нынче тоже уже не те.

Христа преследует не Церковь, не первосвященники-великие инквизиторы. Церковники XX века смешны, незначительны, в основном безвредны. Грешные люди, без амбиций и способностей, закосневшие в мелких грехах и широко известных пороках (от зависти до педофилии). Государство тоже бессильно. Диагноз, вынесенный новой святости бюрократией эпохи модерна («хроническое бредовое расстройство с проявлениями мистического бреда») мало кем принимается во внимание. Его легко осмеять и опровергнуть: «Когда мы, верующие, говорим с Богом, считается, что мы молимся, а когда Бог говорит с нами, считается — что мы несчастные шизофреники».

Современные жрецы злобствуют и подстрекают власти: «Распни его! Распни!». Власть привычно умывает руки, но по гуманности нынешних нравов решает судьбу Христа из Эльки не столь кроваво, но, возможно, более жестоко, чем два тысячелетия назад.

А люди по-прежнему жаждут святости и спасения. Народ любит и ждет живого бога, встречает его хлебом и солью. Дает выступить на профсоюзном собрании в защиту трудящихся. По бедным улочкам идет Христос, Учитель, Заступник и Пастырь. Разве не об этом мечтали, не на это надеялись?

И да, и нет.

Эрнан Ривера Летельер

О противоречивом движении современного человека — страсти к Христу и страхе перед христианством и повествует роман.

Богом может стать каждый. Это задача максимум. Для большинства высота скромнее. «Истинно говорю вам, брат, как ребенок обязан стать взрослым, христианин обязан стремиться стать святым».

Но что это будет за святость? С образом Магалены, идеальной блудницы-ученицы, объекта всех стремлений Христа из Эльки, связаны размышления автора на этот счет.

Христа отвергает сама современная жизнь, его отвергает народ, который вроде бы тянется к нему, а на деле отходит от христианских идеалов все дальше и дальше, заменяя их чем-то более понятным и осязаемым.

На одном конце — Вавилонская блудница, на другом — Христос. Между ними — человечество. И все это в Божьей воле, все управляется Провидением. «Сопрягай!» Все как у Мережковского:

Небо — вверху, небо — внизу,
Звезды — вверху, звезды — внизу,
Все, что вверху, все и внизу, —
Если поймешь, благо тебе.

И в блуде, и в святости просвечивает таинство дара, эроса. Земля и небо стремятся к бракосочетанию, блудница должна стать святой, а святой раскрыться во всей полноте человечности. «Им, пробкоголовым, невдомек было, что Сын Человеческий — тоже человек, задери их репей».

Святая блудница одерживает верх. У нее свое служение, своя правда. Время нищего и неухоженного Христа, гуляки-проповедника, подающего людям не себя, не свою плоть, как она, а словесные камни, прошло. А может быть, оно и не должно настать. Возможно, Магалена и Христос из Эльки — два разных, непересекающихся пути благой вести. И то, что сегодня путь плотского утешения, постельного гуманизма оказывается действеннее полоумных проповедей и возвышенных озарений юродивого — надолго ли?

Книга Летельера при поверхностном чтении может показаться вызывающей, глумлением над евангельскими святынями. Но это не так. Общий посыл ее вполне традиционен и направлен не от Христа, а, напротив, к нему. Христианство никогда не любило жить в холодных надменных соборах, оно всегда было ближе к низовой карнавальной культуре. Христианство — религия жизни и радости, религия простых, а потому самых ярких чудес, самое свободное мировоззрение, религия, ближе которой не может быть к человеку. И именно поэтому оно — самое действенное искусство воскрешения.

Однако судьба христианства всегда трагична. Земное царство слишком мало для Христа, и он, независимо от порядковой цифры своего пришествия, каждый раз отправляется искать иного, большего.

Впрочем, трагическая судьба христианства воплощена в романе не только в образе Христа из Эльки, но и в человеке с метлой, Доне Анонимо, юродивом, без которого не стоит ни одно селение.

Что такое христианство? Безумный дворник самой протяженной, человеческой, пустыни.

Однако это не повод расставаться с верой. Времена приходят и уходят. Впереди очередное пришествие Христа. Каким суждено быть искусству воскрешения в XXI веке? Над этим не мешало бы поразмыслить, читая роман Эрнана Риверы Летельера.

25 июля 2017.
Текст: Сергей Морозов Фото: Издательство Ивана Лимбаха
Рубрика: Литература. Тэги: , .

выставка Душа Петербурга

«Душа Петербурга»: от императора до хипстера

До 26 июня петербуржцы смогут полюбоваться всеми гранями и символами родного города на выставке «Душа Петербурга», в залах Особняка Румянцева (Английская набережная, 44). Экспозиция является художественно-просветительским проектом, существующим с 2009 года и сплотившим мастеров из разных поколений, избравших образ города центром своего творчества. Проект под руководством искусствоведа и художника Юрия Иваненко включает в себя ретроспективу из работ мастеров старой школы, хранившихся в частных собраниях, и картин современных художников.

Платоновский фестиваль

Много Петербурга на Платоновском фестивале

Платоновский фестиваль искусств, который в Воронеже проходит уже в девятый раз, можно без всяких скидок на провинцию назвать одним из ведущих и самых значимых и знаковых фестивалей России. Директор его все эти годы – ведущий театральный режиссер Михаил Бычков, которому удается собирать в Воронеж лучших представителей мирового искусства XXI века.

Тимур Новиков

«В Садах Тимура» — выставка эпохи Новикова

В Центре современного искусства имени Сергея Курехина 16 июня открылась выставка к 60-летию художника Тимура Новикова. Это знаковый момент: Новиков и Курехин были друзьями и творческими деятелями, формировавшими образ своей эпохи. Выставка названа «В Садах Тимура» и состоит из произведений, предоставленных семьей мастера и его друзьями и коллегами.

Ольга Черданцева

Ольга Черданцева: «Цветочная ассамблея» перенесет гостей Летнего сада во времена Петра I

В этом году впервые в Летнем саду свои цветочные ковры и гирлянды развернет XI Международный фестиваль «Императорские сады России», который всегда проходил в Михайловском саду. О том, почему праздник флористики и искусства поменял локацию, какой резонанс он получил на мировом уровне и что от него ждать в дальнейшем, «Петербургский авангард» побеседовал с Ольгой Черданцевей, главным хранителем садов Русского музея.

Радуга

Женский цвет «Радуги»

Международный театральный фестиваль «Радуга», в 19-й раз проведенный Санкт-Петербургским ТЮЗом имени Брянцева, открыл интересную особенность нынешнего времени: в режиссуру приходит все больше женщин. Совпало это или нет, но из 17 спектаклей, показанных на «Радуге», пять поставили женщины. Мы знаем немало примеров прекрасных женских работ в кино и в театре, и тем не менее по статистике режиссерская профессия – преимущественно мужская. Потому и захотелось провести небольшое исследование – какие же темы выбирают режиссеры-женщины?

Алексей Ерофеев

Алексей Ерофеев: Равнодушие к истории Петербурга ведет к его разрушению

Сотрудник Топонимической комиссии Санкт-Петербурга, известный краевед, историк и знаток города Алексей Ерофеев неоднократно был гостем «Квартирника» в пресс-центре «Росбалта». Он одним из первых на волне Перестройки в 1986 году начал активную деятельность, связанную с возвращением исторических названий улицам города. Свои знания о городской истории он изложил в нескольких книгах. Кроме того, Алексей Ерофеев активно занимается просветительской деятельностью, проводя экскурсии и семинары для школьников, поскольку убежден, что знание города защищает его от вандализма.