Владимир Круглов: Люди изголодались по безусловному классическому искусству

В Русском музее не ожидали такого интереса к выставке Льва Бакста. В залах людно даже в будни, в книге отзывов жалобы: «Мало!». Но Бакста и не могло быть много. Почему — рассказал куратор выставки Владимир Круглов.
Владимир Круглов

30 апреля 2016.
Текст: Егор Королев, фото: Анна Спиричева
Рубрика: Музеи / кино. Тэги: , , .

100
Столько живописных, графических и театрально-декорационных работ Льва Бакста представлены на выставке в корпусе Бенуа.
Владимир Круглов — ведущий научный сотрудник отдела русской живописи второй половины XIX-XX веков Русского музея. Куратор выставок Льва Бакста, Константина Коровина, Михаила Врубеля, Филиппа Малявина, «Серов не портретист», «Первая мировая война. 1914-й – 1918-й», «Дягилев. Начало» и многих других.

В Русском музее есть маленький зал картин Льва Бакста, там его знаменитые «Ужин», портрет Бенуа, «Древний ужас», редко можно увидеть портрет Дягилева с няней, поскольку он путешествует по миру — музеи любят эту картину и часто просят ее на выставки. Но Бакст — из тех художников, которым мало одного зала. Все его работы из собраний Русского музея и еще десяти музеев страны можно увидеть на выставке в корпусе Бенуа до 9 мая.

Кажется, в самом Русском музее не ожидали такого интереса у публики к экспозиции Льва Бакста. В залах людно даже в будние дни. Каждая третья запись в книге отзывов с жалобой: «Мало!». Но Бакста и не могло быть много. Почему — рассказал «Авангарду» куратор выставки, ведущий научный сотрудник отдела русской живописи второй половины XIX-XX веков Русского музея Владимир Круглов.

Почему именно Бакст? Когда вы поняли, что надо организовать такую выставку?

— Все по нашему музейному календарю. Выставку готовили специально к 150-летнему юбилею художника. Нам показалось важным напомнить, а кому-то рассказать впервые о том, что это был выдающийся мастер.

Это первая большая выставка его работ в России?

— Не только в России, но и в мире. Мы с самого начала задумывали ее как комплексную. Цель была — показать все те виды искусства и те жанры, в которых работал Бакст. Поэтому сразу в первом зале зрители видят и монументальные произведения автора («Древний ужас», «Встреча адмирала Авелана в Париже»), и станковые рисунки, и журнальную графику, и портреты. Впервые мы собрали его замечательные пейзажи.

В экспозиции представлены работы десяти российских музеев, а к иностранным коллегам вы не обращались?

— Наследие Бакста до ужаса распылено по миру главным образом из-за того, что он последние годы работал на Западе, ежегодно устраивал выставки в Париже и Лондоне. Эти работы художника раскупались и музеями, и коллекционерами. В частности, Музей декоративных искусств в Париже имеет большую коллекцию его театральных эскизов. За последние сто лет все эти покупки мигрировали со страшной силой, работы Бакста есть и в Сан-Франциско, и в Сан-Диего, и даже в Санта-Барбаре. Но в западные музеи мы не обращались, потому что у нас мало денег. Бесплатно никто не привезет, нам еще страховку надо оплачивать. На аукционах цены чаще всего запредельные, это больше для олигархов доступно. Хотя Русский музей иногда все-таки приобретает картины. Кроме того, на Западе в основном графика. С другой стороны, Музей изобразительных искусств имени Пушкина в Москве тоже сейчас готовит выставку Бакста. Нам просто невозможно было бы у них что-то перехватывать. Но Бакста, из-за которого нужно биться, ранга наших портретов, не появляется.

На выставке Льва Бакста

Почему наша выставка первая в мире? На Западе он больше известен как театральный художник, а то, что он делал до «Русских сезонов» Дягилева, — это осталось здесь, у нас. К счастью, в Русском музее оказались самые лучшие его портреты и графические произведения.

Почти параллельная идея у двух крупных музеев страны показать работы Бакста — это хорошо или есть опасность конкуренции?

— Мы не конкурируем, мы даже дадим им все наши портреты маслом. В Москве портретов Бакста всего два, в Третьяковке. Один из них у нас на выставке — портрет Третьяковой-Гриценко. А ее маленький пастельный портрет мы брать не стали — Третьяковка дорожит своими пастелями, а пастель — это сыпучий материал, его сложно перевозить.

Когда он жил в Париже, модельеры как обезьянки перехватывали его идеи — эти идеи сразу шли в народ.


Баксту полезно такое внимание?

— Конечно, такой ажиотаж только на пользу. Он этого достоин, поскольку был многосторонним художником: и графиком, и живописцем, работал для театра, для прикладного искусства, был дизайнером выставок «Мира искусства».

Набор произведений действительно впечатляет — даже отдельный зал для тканей и костюмов. Это мне напомнило Алвара Аалто, который кроме архитектуры занимался дизайном, и на прошлогодней выставке финского модерна в Главном штабе тоже были и рисунки, и костюмы, и ткани. На выставке в вашем музее возникает похожее ощущение — перед нами не обычный художник, а человек-оркестр. Это Бакст такой талантливый или это примета той эпохи?

— Понимаете, это свойственно вообще рубежу веков: время развития модерна, который стремился стать и стилем жизни. Модерн отразился во всех видах и жанрах искусства. Поэтому художники того времени, во всяком случае мирискусники — Коровин, Врубель, Бакст, пробовали себя во всех жанрах. Их в этом плане вполне можно сравнить с мастерами эпохи Возрождения. Они все мечтали о новом высоком стиле, считали таким стилем неоклассицизм. Бакст был не просто художником, он пробовал себя в дизайне текстиля, проектировал моду, был одним из тех, кто вел за собой публику. Когда он жил в Париже, модельеры как обезьянки перехватывали его идеи — эти идеи сразу шли в народ. Появилась даже бакстомания. В начале 20-х годов он приехал в Штаты, американцы хотели, чтобы ткани были по мотивам их местной культуры. Бакст ездил в резервации индейцев, сидел в музеях, создал массу эскизов тканей. После его смерти еще лет десять по Америке прокатывали передвижные выставки его текстиля.

На выставке Льва Бакста

Как думаете, почему нынешняя выставка вызвала такой ажиотаж у зрителей?

— Зрителей действительно много, в первые дни публика стояла на улице. Может быть, это голод по безусловному классическому искусству?.. Бакст — не только утонченный художник, он еще и серьезный мыслитель.

Три года назад был издан двухтомник, в нем все статьи, письма и роман Бакста. Роман автобиографичен, в нем художник описывает свои мытарства. В статьях он рассматривает будущее европейского искусства, будущее моды. В общем, Бакста можно не только смотреть, но и читать.

Чью персональную выставку будете курировать в следующий раз?

— Сейчас я с коллегами готовлю выставку Василия Кандинского. Планируем открыть ее летом этого года.

Юлия Галкина

Юлия Галкина: Люди всегда интереснее, чем оконная фурнитура и дореволюционный паркет

В декабре в издательстве «Бомбора» вышла книга «Истории домов Петербурга, рассказанные их жителями». Ее написали краевед Максим Косьмин, который известен подписчикам в Инстаграме как maax_sf и журналистка Юлия Галкина, автор телеграм-канала fake empire. Фотографом выступил Антон Акимов, работавший над аналогичной книгой про московские дома. «Петербургский авангард» встретился с Юлией Галкиной, чтобы поговорить о книге, которую спустя месяц после ее выхода уже едва найдешь в книжных, о жителях домов, встречающих журналистов едва ли не со сковородкой, и о городе, где каждый район — это почти отдельный мир.

Виктор Косаковский

Ты меня больше не любишь!

Петербургский режиссер-документалист Виктор Косаковский не получит Оскар в этом году — его картина «Акварель» не попала в шорт-лист. В феврале на Берлинале он покажет новый фильм «Гунда», снова снятый на 96 кадров секунду (быстрее, чем «Хоббит»). По мнению режиссера, скоро все кинематографисты перейдут на этот стандарт скорости изображения. Автор «Петербургского Авангарда» рассказывает, как менялось отношение режиссера к герою и куда его приведет новая технология.

Рождество и Новый год

Театральные проводы 2019 года

Многие петербуржцы наверняка захотят провести 31 декабря 2019 года в приятной атмосфере театров, которые приготовили для взрослых и маленьких зрителей новогоднее меню на любой вкус — и веселое, и музыкальное, и романтичное, и задумчивое. Это касается не только больших залов и площадок, расположенных в центре города и всегда выглядящих респектабельно и празднично. Спальные районы Петербурга уже давно не отстают в стремлении к культурному и интеллектуальному досугу и не желают делать расслабляющий перерыв даже в главный праздник года.

Татьяна Семенова, реквизиторский цех Театра музыкальной комедии

Татьяна Семенова: Принесенные мной стаканы семь лет «работают» на сцене

В год 90-летия Театра музыкальной комедии, который совпал с Годом театра, «Петербургский авангард» знакомит своих читателей с театральными профессиями, представителей которых зритель не видит, но их слаженная работа за кулисами – залог успешного показа спектакля. Татьяна Семенова заведует реквизиторским цехом. Профессия реквизитора – одна из немногих в театре, которую не преподают ни в одном учебном заведении. Этому можно научиться только на месте. Главное – желание и хороший пример перед глазами.

Михаил Шемякин

Пикассо в диалоге с Шемякиным

До 5 апреля 2020 года в выставочном центре Михаила Шемякина на Садовой улице проходит необычная экспозиция — «Шемякин. Пикассо. Веласкес. Картины как модели. История трансформаций». Это еще один из способов великого художника современности совместить в познании мира и себя два подхода — научный и артистический. Мастера разных жанров и искусств обращаются к работам своих предшественников, чтобы получить вдохновение, воздать должное великому творцу или переосмыслить оригинал, а возможно — превзойти его. Обычно каждая индивидуальная реакция на старое произведение искусства представляет собой синтез намерений художника: зафиксировать, интерпретировать и учиться.

Костюмеры женской стороны. В центре - Маринэлла Лукинская

Маринэлла Лукинская: Артисты – существа не от мира сего

«Петербургский авангард» предлагает своим читателям историю Маринэллы Лукинской, заведующей женским костюмерным цехом Театра музыкальной комедии Петербурга. Мы продолжаем цикл интервью представителей театральных профессий, которых зритель не видит, но их слаженная работа за кулисами – залог успешного показа спектакля. В год 90-летия Театра музкомедии, который совпал с Годом театра, предлагаем захватывающие истории «бойцов невидимого фронта», которые обеспечивают безупречную и слаженную работу одного из самых ярких театральных коллективов на Итальянской улице.