Владимир Глазков: Я – за актерский театр

Театр Эстрады имени Аркадия Райкина выпустил уже третью с начала сезона 2017-2018 годов премьеру. После чудесного «Волшебного кольца» по сказкам архангельского писателя Бориса Шергина состоялось не менее чудесное перевоплощение Юрия Гальцева в драматического артиста в спектакле «Дом» по одноименной пьесе Евгения Гришковца. А совсем недавно режиссер «Дома» Владимир Глазков представил зрителям театра свою версию знаменитой комедии Оскара Уайльда «Как важно быть серьезным» – спектакль «Искусство жениться». Накануне премьеры мы встретились с режиссером и поговорили об Оскаре Уайльде, современном юморе, а еще – о великом Георгии Александровиче Товстоногове и легендарных ленинградских спектаклях.
режиссер Владимир Глазков

4 января 2018.
Беседовала Валерия Троицкая. Фотографии предоставлены пресс-службой Театра Эстрады имени Райкина.
Рубрика: Театры / музыка. Тэги: .

Владимир Иванович, порой можно услышать, что Уайльд не создан для нашей сцены. Вы с этим утверждением согласны?

Знаете, я думаю, что российским актерам – в силу менталитета, воспитания – действительно сложно «превратиться» в лондонских аристократов. Беда, когда на сцене видишь «смесь французского с нижегородским». Но «поиграть» в Уайльда мы можем? Мы смешиваем на сцене атмосферу Англии конца XIX века и атмосферу театра. Только важно сразу обозначить условия: мы лишь играем! Помните, как в фильме «Театр» по Моэму? Как бы мы ни стремились показать лондонскую аристократию, в итоге все равно получится – театр.

Кто же актеры этого театра?

Всегда в такой проект хочется идти с людьми, которых ты знаешь, которым доверяешь. У нас в спектакле играют: народный артист России, лауреат «Золотой маски» Виктор Кривонос, Светлана Вильгельм-Плащевская – звезда мюзикла «Пола Негри», Сергей Сафронов, который сейчас в Театре Наций играет императора России. Конечно, заняты молодые актеры Театра Эстрады, выпускники нашего с Гальцевым курса. Многие из них делают уже заметные шаги в сериалах, в большом кино. Ольга Павлюкова недавно снялась в фильме Владимира Бортко…

Музыку специально для спектакля написал композитор Владимир Баскин. Он выпустил только что «Портрет Дориана Грея» и «Алису в Стране Чудес». Наш хореограф – Мария Большакова, она ставила танцы в спектакле «Бал воров» на курсе, на котором учился Юрий Гальцев! Автор либретто – Евгений Муравьев, художник-постановщик – Ирина Зайцева. Вот такая команда…

Хочу, чтобы наш спектакль получился ярким, озорным и обязательно – театральным, с песнями и танцами. А вообще, я Уайльда обожаю! Люблю его остроумие, афористичность, люблю, когда в пьесе мысли сталкиваются и высекают искры. Это другой юмор, не «Камеди клаб».

Театр эстрады, Искусство жениться

О современном юморе Вы невысокого мнения?

Знаете, время идет, юмор и его восприятие зрителем меняется. Я это понимаю. Хотя захвативший сейчас всю эстраду стендап тоже начинался с «острословов» прошлого. От потрясающих конферансье, которых я еще застал: Бориса Брунова, Бена Бенцианова. Они умели сделать так, чтобы слово звучало. Могли несмешной текст сделать смешным. Умели импровизировать. Сейчас все пошли по пути наименьшего сопротивления. В этом плане Уайльд – дисциплинирует: либо ты попадаешь в его остроту, либо – мимо. Он проявляет и мастерство артиста, и его интеллект, скорость мысли, способность к импровизации. Мне это важно, я – за актерский театр.

Значит, против режиссерского?

Я учился на одном курсе со Львом Эренбургом. Знаете, среди нас он был самый… реалистичный. Потом он, наверное, понял, что это ему неинтересно и пошел своим путем. Я это понимаю, принимаю. Я очень люблю и уважаю Льва Борисовича. Как и Юрия Бутусова, и Андрея Могучего. Тем более, что мы – не конкуренты: у «старого» БДТ – свой зритель, у «нового» – свой, в Театре Эстрады – третий. Театр может и должен быть разным. Если концепция режиссера работает на артиста – это прекрасно. А если концепция забивает актерскую игру, если режиссер делает из артиста марионетку: встал здесь, повернулся, сделал так. Это уже не режиссура, это дрессура! И зритель уходит, а актеры остаются один на один с пустым залом…

Театр эстрады, Искусство жениться

Полный зрительный зал – главный критерий хорошего спектакля?

Я люблю полный зрительный зал. Люблю, когда актер уходит со сцены под аплодисменты. Потому что я сам актер, и понимаю, что уйти под звук собственных шагов или вежливые хлопки – страшно.

Театр с появлением режиссуры стал более упорядоченным, как говорит один персонаж пьесы Чехова: «Блестящих дарований теперь мало, это правда, но средний актер стал гораздо выше». Так жесткая дисциплина мизансцены убивает актерскую импровизацию. А мне нравится, когда меня потрясают не капли воды или снег, а артисты. Тогда спектакль – живой, и каждый очередной непохож на предыдущий… Для этого у артиста должна была свобода.

Можно выпустить хороший спектакль с точки зрения критики, а зрители начнут уходить с первого акта. Акимов с грустью замечал: то, что нравится критике, не нравится зрителю, и наоборот.

Театр эстрады, Искусство жениться

На что же ориентироваться: на запросы публики или на предпочтения критиков?

Товстоногов это умел сочетать. До сих пор для меня нет ничего мощнее «Мещан». Вспоминаю, и мурашки идут. И вот, уже в 1990 году спектакль сыграли в память о режиссере. Постановка полностью поменяла звучание! Бессеменов, герой Евгения Лебедева, говоривший, что семья – это основа, которую нельзя разрушать, из отрицательного персонажа вдруг стал положительным. А Нил – Кирилл Лавров, который звал разрушить дом – наоборот. Нужно – сохранять, и в 1990-е годы это стало особенно ясно. Спектакль изменился со временем, с обществом, со страной, и для всех это стало потрясением. В зале были Ульянов и Смоктуновский, оба плакали. Вот это по-настоящему живой спектакль.

Я очень любил постановки Эфроса, Стрелера, Брука, но по эмоциональному воздействию Товстоногов был самым сильным. Он часто нам говорил, что и у Беккета, и у Ионеско есть внутренняя логика. Ее обязательно нужно найти, потому что все пьесы – они же про людей, про нас с вами. Хорошо, когда спектакль многоуровневый и понятен всем. Например, проходит во время репетиции уборщица и думает: ага, она его не любит, она любит вон того. Учительница в школе размышляет: да, эта постановка поднимает проблемы нашего поколения. А профессор в антракте скажет: это же просто Фрейд!

Театр эстрады, Искусство жениться

Как создать такой спектакль?

Кроме всего прочего – гения режиссера, таланта артистов, выбора пьесы – нужно, чтобы просто звезды сошлись. А еще должны быть совершенно особые отношения в коллективе: взаимопонимание, общее чувство театра, потому что это искусство коллективное, которое создаешь вместе с другими.

Делюсь тайной профессии. Еще студентом я приходил на репетиции Товстоногова. Он говорил, что с актерами «идет в поход». Но сначала он идет один, находит избушку лесника. Потом карту выбрасывает, ключ от избушки прячет, и по этой же дороге – уже вместе с актерами. Не он их ведет, а именно вместе, открывая путь заново. Вот и я за то, чтобы у актера было полное ощущение, что это он придумал спектакль. Как режиссер я стараюсь не мешать, а подводить человека к тому, что, возможно, уже давно родилось в моей голове. Мне важно, чтобы он знал, что он «сам».

Чему еще научил вас Георгий Александрович?

Смотреть! Товстоногов часто повторял, что мы, студенты, мало смотрим. Сам он утверждал, что на первом курсе посетил 150 спектаклей, в том числе постановки Станиславского, Мейерхольда, Вахтангова…

Еще говорил, что он всю жизнь воспитывал в себе идеального зрителя. Делаешь что-то вместе с артистами, варишься с ними, а потом нужно отойти и посмотреть на результат глазами врага. Не просто нейтрального зрителя, а врага. Понять, что раздражает, что лишнее.

Георгий Товстоногов

В чем еще секрет феномена Товстоногова?

В его актерах. Он пришел в театр и одних артистов вырастил, а других, старую гвардию – завоевал. И без этой плеяды мощнейших талантов ничего бы не было: ни «Энергичных людей», ни «Истории лошади», ни «Ханумы». Как эти спектакли были любимы самими актерами! Потому они восхищали и критиков, и зрителей.

Георгий Александрович считал, что снимать телевизионную версию спектакля нужно как фильм – без зрительного зала. Жалко! Так сняты «Мещане» и «Ханума», хорошо сняты… Но они не дают современному зрителю понять, что творилось с тем зрителем! Они не передают ту удивительную атмосферу, то электричество, что возникало в зале.

Зритель – часть «театральной семьи»?

Конечно, зритель диктует спектакль. Когда актер чувствует, что его любят, ему доверяют, он выдает 150 процентов. Это меняет сам спектакль, это актеров делает лучше, умнее. Умный артист разговаривает с умным зрительным залом. Спектакль – это диалог, сотворчество и сопереживание. Мне вообще кажется, что артист должен жить не переживанием, а именно сопереживанием своему персонажу. Тогда и зрители начиняют ему сопереживать. Вспоминаются «Пять вечеров» с Зинаидой Шарко и Ефимом Копеляном. Звуки радио где-то на кухне, невероятная атмосфера на сцене… И где-то на 20 минуте спектакля зритель начинает плакать, и уже не может остановиться, и счастлив этим… А после спектакля – очередь до площади Ломоносова, на эту же постановку по второму разу.

Театр эстрады, Искусство жениться

Театр – это неповторимость каждого спектакля и эмоций, которые он вызывает?

Согласитесь, с кино так бывает редко. Есть фильмы, которые обладают этой магией, они тоже «живые» и словно меняются со временем. Например, я специально немного забываю «Андрея Рублева» Тарковского, чтобы заново его пересмотреть, и каждый раз ощущение, что фильм другой. Такое же ощущение мне дает «Мой друг Иван Лапшин» Германа. Из западных почему-то люблю, и студентам показывал, фильм «Знакомьтесь, Джо Блэк». Он снят очень театрально: герои никуда не спешат, говорят глазами.

Кто сейчас в театре говорит глазами? Пожалуй, только Алиса Бруновна Фрейндлих. Не могу забыть ее роль в «Тане» Арбузова: ребенок погиб, героиня стоит с пустыми глазами и вдруг начинает есть бутерброд с сыром. В зале – шок, непонимание, а потом, каким-то седьмым чувством, до людей доходит: она же эти дни, пока ребенок умирал, ничего не ела. И в зале повисает тишина, которая дороже всех аплодисментов. Потом шквал аплодисментов – людям нужна эмоциональная разрядка. Недаром этим моментом спектакля так гордился Игорь Петрович Владимиров.

Какой еще вид искусства способен вызвать такие эмоции?

Думаю, только музыка. Недаром говорят, что это разговор человеческой души с Богом.

Театр эстрады, Искусство жениться

Искусство жениться в Театре Эстрады имени Райкина (Большая Конюшенная улица, 27) можно посмотреть 6 и 24 января.

Дом культуры Ильича

Дом культуры без Ильича

Ведущее учреждение культуры Московского района Санкт-Петербурга 20 лет назад отказалось от имени, которым его назвали в советское время, но сохранило исторический облик и предназначение. Речь идет о Культурно-досуговом центре «Московский», который ранее назывался Дом культуры имени Ильича. Здание построено по проекту советского архитектора Николая Демкова и в наши дни оно признано памятником конструктивизма. В нем удивительно сочетаются суровость серых блоков и легкое настроение, витающее в этих стенах.

Белые ночи, Городской театр

Зимние «Белые ночи» в Русском музее

Странное это состояние — театр. Порой отсутствие красивых костюмов и декораций убивает всякий интерес, а иногда вдруг возбуждает такую фантазию, что удивляешься: откуда что берется в твоей, в общем, рациональной голове! В бездействии и безмолвии иногда такая бездна смысла, которой не найдешь и в самом страстном монологе. А вдруг случается и такое: придя на спектакль по Достоевскому, которого знаешь почти наизусть, вдруг понимаешь, что… ничего не понимаешь.

Мизери

Святочная «Мизери» в ДК Выборгский

Популярные московские актеры Евгения Добровольская и Даниил Спиваковский вновь привезли в Санкт-Петербург антрепризную постановку «Мизери» по роману Стивена Кинга, давно вошедшему в ряды классических произведений литературы ужасов. Четвертого января зрители увидели спектакль на сцене Выборгского дворца культуры. Режиссером является Нина Островская.

режиссер Владимир Глазков

Владимир Глазков: Я – за актерский театр

Театр Эстрады имени Аркадия Райкина выпустил уже третью с начала сезона 2017-2018 годов премьеру. После чудесного «Волшебного кольца» по сказкам архангельского писателя Бориса Шергина состоялось не менее чудесное перевоплощение Юрия Гальцева в драматического артиста в спектакле «Дом» по одноименной пьесе Евгения Гришковца. А совсем недавно режиссер «Дома» Владимир Глазков представил зрителям театра свою версию знаменитой комедии Оскара Уайльда «Как важно быть серьезным» – спектакль «Искусство жениться». Накануне премьеры мы встретились с режиссером и поговорили об Оскаре Уайльде, современном юморе, а еще – о великом Георгии Александровиче Товстоногове и легендарных ленинградских спектаклях.

Жанна Зарецкая

Жанна Зарецкая: Всех номинантов премии «Прорыв» считаю победителями

Девять лет в Санкт-Петербурге существует театральная премия для молодых «Прорыв». Не так давно были объявлены претенденты на эту награду сезона 2016-2017 годов в шести номинациях. Как водится, выбор Экспертного совета вызвал бурное обсуждение в профессиональном сообществе. И по мнению одного из соучредителей Жанны Зарецкой, это говорит лишь о том, что премия развивается, живет и зарабатывает авторитет. Какие «прорывы» случились в этом году и что ждет молодых творцов театра будущего, Жанна Зарецкая рассказала в интервью «Петербургскому авангарду».

царское село

Царское Село накануне столетия

Уходящий 2017 год стал для музея-заповедника «Царское Село» временем успехов и счастливых приобретений. Три главных события – завершение создания экспозиции в Ратной палате; обретение архива Романовых; выставка «Царское Село. 1917. Накануне» признана лучшей в конкурсе «Музейный Олимп-2017».