Владимир Глазков: Хочу, чтобы счастливых людей после нашего спектакля стало больше

В Театре имени Веры Комиссаржевской 29 января состоялась премьера комедии «Сегодня или никогда». Спектакль по пьесе Валентина Красногорова поставил режиссер Владимир Глазков, хорошо известный зрителям по постановкам в Театре на Литейном, Театре эстрады, Театре комедии и других. А имя драматурга Валентина Красногорова давно и прочно закрепилась в афишах театров России и зарубежья. Многие его пьесы стали театральными хитами и переведены на иностранные языки, звучат на радио и телевидении, получили призы на международных театральных фестивалях.
Владимир Глазков

30 января 2018.
Беседовала Светлана Володина. Фотографии предоставлены пресс-службой театра.
Рубрика: Театры / музыка. Тэги: .

«Сегодня или никогда» — история двух семей, любовного «четырехугольника», где каждый – муж или жена, любовник или любовница. «Петербургский авангард» публикует интервью Владимира Глазкова в связи с премьерой этой комедии, которую можно будет также посмотреть 4 и 22 февраля.

Считается, что вы — комедийный режиссер. Почему вы выбрали эту — легкую на первый взгляд, и трудную с другой стороны — стезю, к которой и отношение коллег снисходительное? А ведь сделать хорошую комедию очень сложно….

На самом деле, так не все режиссеры считают, а те, которые попытались и у них ничего не вышло… Это как в басне «Лиса и виноград»: «на взгляд-то он хорош, Да зелен — ягодки нет зрелой: Тотчас оскомину набьешь». И даже если посмотреть награждение премией «Оскар», то единственный комедийный фильм за всю ее историю — «Тутси» — получил десять номинаций, но в итоге — только одну победу за лучшую женскую роль второго плана (Джессика Лэнг). Даже Чаплин, дважды обладатель внеконкурсного почетного «Оскара», в итоге получил эту премию в 1972 году со следующей формулировкой: «за бесценный вклад в то, что в этом веке кинематограф стал искусством».

Притом я смотрю, допустим, серьезные фильмы Лукино Висконти или Пьера Паоло Пазолини как на интересную историю, историю кинематографа, и смотрю немного издалека… А на Чаплина смотрю и детям показываю: они хохочут, и я понимаю, что он навсегда. Я воспитывался на французском кинематографе, на комедиях Луи де Фюнеса, Пьера Ришара, Жана-Поля Бельмондо. Тогда СССР дружил с Францией, у нас появилось французское кино, нам подарили Фантомаса, фильмы с Пьером Ришаром в бесплатный прокат — и это было тогда глотком воздуха, какой-то другой жизнью в эпоху железного занавеса…

2

В чем заключается режиссерское счастье, по-вашему?

Любой спектакль состоит из трех составляющих. Первая — пьеса, вторая — артист, а третья — зритель. Режиссер не упомянут, потому что он помогает всю эту историю сочинить, придумать, сделать, а артист выходит и зрителям это транслирует. Петербургский зритель немного избалованный. Когда приезжаешь в провинцию или даже в Москву, нам говорят: «Ребята, какие вы потрясающие!». Да и артисты там играют по-другому. Недавно здесь, в Санкт-Петербурге, в Театре эстрады мы выпустили спектакль «Играем Фигаро», который очень трудно репетировали. Первый показ был очень сложным, а на втором уже кричали «бис», «браво»! А у тебя слезы стоят в глазах, потому что зрители тебя так любят: они за два часа посмеялись, отдохнули, задумались, попереживали, обалдели от того, что тут произошло — то есть прожили маленькую жизнь. И я понимаю, что мы подарили им праздник.

А в Калуге я был на одном из своих спектаклей, где какой-то мужик, посмотрев спектакль, донимал свою жену: «А когда следующий спектакль?» — «Завтра» — «Пойдем? Только давай не на третий ярус, давай в партер, мы что, не можем себе позволить? Я хочу это все посмотреть вблизи, это же класс! Я так не хохотал давно!» — «Я с трудом достала билеты! Ты думаешь, я специально купила на третий ярус? Там уже на месяц вперед все билеты проданы!». И когда звонит знакомый, который хочет попасть на спектакль, мне приходится просить директора, чтобы тот лично выписал места — вот тут я понимаю: это режиссерское счастье…

Сегодня или никогда, Театр Комиссаржевской

Вы всегда смотрите спектакль по-режиссерски?

В каком-то интервью мой учитель Георгий Александрович Товстоногов, когда ему говорили что-то про гениальность, сказал: «я вам открою тайну, которую всю жизнь от всех скрывал: дело в том, что я вообще не режиссер. Я всю жизнь воспитывал в себе идеального зрителя»… Когда режиссер ставит спектакль, он должен быть вместе с артистами. А потом, на прогоне, нужно себя «отодрать» от погружения в материал и посмотреть на всё глазами врага. То, что не понравилось – нужно вырезать, переделать. Я видел множество режиссеров, которые не замечали, что артисты у них играют одно, а в их воображении свой спектакль, они за артистами «доигрывают».

Сегодня или никогда, Театр Комиссаржевской

Важно ли, чтобы у актеров, играющих комедию, было чувство юмора? Или режиссер все поставит?

Прикрыть кого-то чем-то можно. Существуют чаплинские кидания тортом, гэги, штампы. Можно придумать что-то, что будет работать вместо артиста. Но это возможно, если маленькая роль и есть хотя бы три-четыре человека, которые тащат весь спектакль на себе.

Я очень люблю, когда спектакль придумывается вместе. Это не значит, что ты приходишь неподготовленным на репетицию. Нет, ты предлагаешь, заводишь фантазию артиста, а потом — отбираешь нужное. Как у Толстого в «Войне и мире»: Кутузов не командовал сражением — он просто разрешал все то, что было полезно для сражения, и запрещал все, что было не к пользе русских войск.

Так же и режиссер: выслушав и посмотрев все то, что предлагают артисты, может что-то принять, а от чего-то отказаться. Иногда приходится отпустить сцену, и она может сложиться сама собой, но только в том случае, если от артистов идет энергия и фантазия. Когда они придумывают, сочиняют, когда они играют — это живое. Но поскольку режиссер смотрит как бы со стороны, он может видеть, куда история движется. Порою задача режиссера состоит лишь в том, чтобы чуть помочь, а потом – опа! – все получается. У меня было несколько случаев, когда у артистов создавалось ощущение, что они сами весь спектакль сочинили. Мне нравится, когда они так думают: от этого играть им хорошо, комфортно, а зрители получают живую реакцию каждый раз.

Сегодня или никогда, Театр Комиссаржевской

Что вам не нравится в современном театре?

Я не люблю то, что Товстоногов называл «прибалтийским символизмом»: когда сидят критики и разгадывают — что бы это значило? А! Вот эта красная тряпка — кровь, внутренняя борьба, и жизнь уходит по капле… В результате получается некий кроссворд, ассоциативный символизм, который процветает сейчас в Первопрестольной, да и у нас местами тоже. И вот сидят критики и разгадывают, а кто-то рядом всхрапывает… И я храпуна не осуждаю: это не значит, что он плохой зритель. Он пришел, открылся — а ему ребус, загадки загадывают. «Да ну этот театр, я лучше дома кроссворд разгадаю… — думает зритель. — Или эффекты эти… Да я лучше посмотрю «Аватар» или еще какой-то фильм со спецэффектами…»

Сегодня или никогда, Театр Комиссаржевской

Чем для вас привлекательна драматургия Валентина Красногорова?

У Валентина Красногорова — хорошие диалоги и язык. Он как бы ведет разговор «из зрительного зала», и в то же время там есть своя поэзия. Он чувствует юмор, понимает законы жанра. Это почти французская история: муж-жена-любовник-любовница. Но она погружена в наш быт и написана где-то в 1990-е годы, когда денег не было, делали кровать из двух матрасов. Мы немного убрали временной налет и сделали пьесу вневременной и даже вненациональной, впустив туда зону воображения, потому что все мы живем не только в реальности, но и в мире каких-то наших фантазий.

Если человек собирается разводиться с женой, и она — тоже, то у них есть иллюзии по поводу того, что после развода наступит совершенно другая жизнь. И у нас есть пространство некой квартиры и пространство мечты героев, куда они выходят, когда быт начинает их душить. Или они уносятся фантазиями куда-то, вспоминают, как все хорошо начиналось и обещало прекрасную чистую светлую жизнь. И вот в этом пространстве — они же актеры, они же — и персонажи: все перемешивается.

Сегодня или никогда, Театр Комиссаржевской

Почему вы выбрали именно эту пьесу Красногорова?

Красногорову удалось какие-то глубокие и философские мысли свести к простым вещам. Один из героев пьесы ссылается на некоего ученого, который открыл, что семейная жизнь — как чайник. Если ты его просто поставил, то он не будет нагреваться, остынет. И семейная жизнь также со временем остывает. И вдруг его собеседник, другой герой, говорит: «Слушай, а если чайник к розетке подключить? — элементарная мысль! — Он же будет кипеть?». То есть, если к браку подключить энергию, ее все время питать, если помнить, что ты женился на хорошенькой чудной и замечательной женщине, которая теперь стала такой — в этом твоя вина или заслуга. Или твой муж ведет себя так, что у вас все рассыпается — тоже неслучайно. Вот они оба сидят и смотрят телевизоры — каждый свою передачу — и никаких проблем, пересечений нет. «Чайник» все время остывает, а в него нужно все время энергию вбрасывать: делать какие-то маленькие подарки, приятные вещи, иногда на все наплевать и вместе куда-то уехать…

Это попадает и в меня, как в человека: пока спектакль сочиняешь, еще что-то делаешь, занимаешься со студентами, — у тебя собственные дети и жена, которым тоже нужна твоя энергия, твой «чайник», твои забота и внимание… И вдруг ты спотыкаешься об это на чужом примере, хотя говорят, что чужой опыт ничему не учит. Нет, чему-то учит. А кто-то сидит в зрительном зале со своей женой и понимает, что эта история тоже про него. И если в этот момент случится такое, что кто-нибудь из двоих скажет: «А давай после спектакля пойдем в кафе. Или в ресторанчик, или просто вдвоем прогуляемся? Дети сами спать лягут, не маленькие», — это уже счастье. Благо Театр Комиссаржевской в центре, рядом — Марсово поле, Летний сад — есть где прогуляться в Санкт-Петербурге, город посмотреть…

Сегодня или никогда, Театр Комиссаржевской

Если, благодаря спектаклю, кому-то захочется немножко побыть вдвоем и чего-то вернуть (то, что в нас было и в нас живет – оно никуда не делось) — значит, энергия снова подключилась. А я желаю всем добра, любви и счастья. Кто-то занимается политикой, выборами, пытается изменить мир, страну… Конечно, нельзя стоять в стороне и жить в болоте, но в этом мире все взаимосвязано: если ты что-то поменяешь в себе даже для близкого человека, значит ты начинаешь отапливать пусть не вселенную, а людей, которые с тобой соприкасаются. Потому что от счастливых людей счастье распространяется. И я хочу, чтобы счастливых людей после этого спектакля стало больше.

Сегодня или никогда, Театр Комиссаржевской

выставка Анатолия Прошкина

Первая персональная выставка Анатолия Прошкина

В Музее искусства Санкт-Петербурга XX-XXI века (набережная канала Грибоедова, 103) в воскресенье, 25 февраля, завершается выставка одного из ярких представителей советской школы живописи, Анатолия Прошкина, принадлежащего к знаменитой художественной династии, в которую входили такие мастера, как Виктор, Владимир и Марианна Прошкины, Виктория Белаковская.

Полина Осетинская

Голос из зала: о Полине Осетинской

Все было замечательно в тот вечер. Играла Полина Осетинская, сольный концерт, два отделения. Концертный зал Мариинского театра. Бах, Бетховен. И Брамс, те его сочинения, которые мы уже слышали ровно месяц назад на печальном и трогательном вечере памяти нашего общего друга Павла Егорова. Исполнительница любит романтическую музыку, либо, вероятно, обладает даром сделать романтическим то, что у нее изначально вызывает душевный отклик.

Лео Штайнберг

Женственность под мужским именем

В галерее «Течение» творческого пространства «Артмуза» (13-я линия Васильевского острова, 70, 3 этаж) продолжается персональная выставка художника-сюрреалиста Лео Штайнберг. Псевдоним, вероятно, отсылает к фигуре выдающегося американского критика и историка искусства, уроженца СССР Льва Штейнберга. Однако выставка «Стыд: эстетика женственности» представляет работы молодой художницы, уже прославившейся своим активным и незаурядным творчеством.

Александра Магелатова

Александра Магелатова: Зрители даже сами не знают, что они единомышленники

Александра Магелатова известна по ролям Гимназистки, написавшей письмо губернатору («Губернатор», режиссер Андрей Могучий) и Черного Ангела («Zholdak Dreams: похитители чувств», режиссер Андрий Жолдак), которые она сыграла на сцене БДТ. За роль Черного Ангела в этой постановке Александра Магелатова была номинирована на «Золотой софит» 2016 года. А в 2017 году ее номинировали на премию «Прорыв» за роль Гимназистки. В интервью «Петербургскому авангарду» актриса БДТ Александра Магелатова рассказала про репетиции с Андреем Могучим, как попала в главный театр Санкт-Петербурга и почему зрители играют особенную роль.

Театр дождей

«Театр дождей» в «Доме, который построил Свифт»

«Театр дождей» нарастил жирок историй и юбилеев. Только недавно он отпраздновал 30-летие спектакля «Дом, который построил Свифт» и вот уже грядет новая дата — пятилетие «Белых флагов» по Нодару Думбадзе. «Театр дождей» удивительным образом общается со зрителями: выбирая уже ставшие классическими произведения, он подает их неожиданно, весело, но не легковесно. Этот мир наполнен мыслеформами, с помощью которых разговаривают артисты и все, кто хоть раз побывал в «Театре дождей». Как говорится, достаточно одного спектакля…

Театр Особняк

Живая комната в театре «Особняк»

Понятие «лирический хоррор» в российской культуре пока явно очень молодо. Пояснения ему, во всяком случае, ни один источник не дает. Среди поджанров литературы ужасов такого термина не встречается. Есть, правда, «романтические ужасы», где, согласно источникам, смешиваются черты любовной истории и элементы ужаса. Может быть, именно это имеют в виду постановщики спектаклей с такой формулировкой. Но поскольку содержание идет вразрез с этим предположением в плане «любовной истории», то скорее всего они преследуют другую задачу.