Мария Семушкина: Я хочу, чтобы «Усадьба Jazz» стал причиной для приезда в Россию

Мария Семушкина — идеолог и основательница ежегодного международного фестиваля «Усадьба Jazz». Она создала event-агентство ArtMania и является его генеральным директором. Идея проведения джазового фестиваля родилась в 2003 году. И уже в мае 2004 года в усадьбе Архангельское на трех сценах прошел первый музыкальный фестиваль «Усадьба Jazz». Это грандиозное мероприятие сразу было задумано так, чтобы объединить джаз-рок, блюз, фанк, world music, lounge и множество других направлений. Фестиваль собирает и объединяет на несколько дней музыкантов со всего мира — и уже известных, и начинающих. В Архангельском фестиваль проходил шесть лет. В 2011 году было принято решение провести фестиваль на Елагином острове в Санкт-Петербурге. Список зарубежных участников «Усадьбы Jazz» значительно расширился. Кроме того, появилась сцена независимого рока. Ряд фестивалей проходил в Екатеринбурге, Воронеже, Сочи, Казани.
Мария Семушкина

22 июля 2018.

Рубрика: Театры / музыка. Тэги: .

Директор фестиваля «Усадьба Jazz» Мария Семушкина рассказала корреспонденту «Петербургского авангарда» о современных российских аристократах и своей амбициозной мечте.

Мария, «Усадьба Jazz» проходит в последние выходные июля. На них приходится очень много фестивалей: VKFest, Present Perfect, «Петроджаз». Как будете со всеми монстрами конкурировать?

Знаете, я, с одной стороны, волнуюсь, потому что много разных мероприятий, инфоповодов, но, тем не менее, с другой стороны, я очень хорошо знаю нашу аудиторию, которая достаточно избирательна. Скажем, есть определенный контингент людей, который придет только к нам. Это достаточно зрелая аудитория, в основном семейная, она вряд ли пойдет на фестиваль «ВКонтакте», потому что это не их музыка. И, скорее всего, не пойдет на Present Perfect.

Я даже не волнуюсь по поводу «Петроджаза», где мы, казалось бы, вообще полностью совпадаем: у нас просто другой статус и другой уровень артистов. Какой мы бы хотели видеть нашу публику? Это — люди сознательные, свободные, с хорошим вкусом и культурным бэкграундом. Уверена, что в Санкт-Петербурге их немало.

Я как раз хотел спросить про современных аристократов. Я был несколько раз на «Усадьбе Jazz» и могу точно сказать, что аудитория отличается от публики на других фестивалях. Так получилось, к вам приходит современная аристократия. Кстати, одна из сцен на фестивале так называется «Аристократ». Как так получилось, что за 15 лет сформировалась такая публика? Современный аристократ в России — каким вы его видите?

Моя любимая тема! Начиная первый фестиваль, я еще не так глубоко была погружена в историю усадеб и тех семей, которые ими владели. Но с годами, выбирая площадки (Архангельское, усадьбы династии Голицына и Юсупова, Ольденбургских, Расторгуевых-Харитоновых), узнавала все больше и больше. Безусловно, нами утрачены те координаты, в которых жила русская аристократия. Но, тем не менее, новые аристократы уже появились. Они скромны и элегантны, коллекционируют предметы искусства и уж точно любят хорошую музыку.

Кто-то уже родился в семье интеллектуалов, кто-то сам к этому пришел. Новый аристократ в любом случае — человек пытливый, умный, ищущий. Надеюсь, что этих людей в России будет все больше. А «Усадьба Jazz» — именно то событие, которое дает людям повод немного возвыситься над самими собой, почувствовать связь с серьезной культурой. Мы наполняем новой энергией пространства старинных усадеб. Есть надежда, что новые аристократы впитают те же ценности, что и прежние владельцы русских усадеб. И им не захочется покидать Россию в поисках своей ниши, лучших условий для жизни, творчества и бизнеса. А наш фестиваль им в этом поможет.

Петербуржцы считают, что Санкт-Петербург — особенный город. «Усадьба Jazz» здесь отличается от фестивалей в других городах России?

Безусловно! Начнем с того, что фестивальная площадка — это музей. Да, в других регионах площадки — тоже музеи. Но здесь работает определенный контингент людей, для которых культура, памятники архитектуры и то, как они к этому относятся, — это святое. Москва — более коммерческий город — там расчет включается в первую очередь.

В Санкт-Петербурге — очень восприимчивая аудитория. Здесь публика более европейская: когда я за ней наблюдаю, у меня всегда такое ощущение, что я нахожусь в Стокгольме, Копенгагене или Париже. Петербургский слушатель — более подготовленный, интеллектуальный. А Москву надо постоянно удивлять суперзвездами и громкими премьерами. Хотя в любом крупном городе нашей страны можно найти представителей русской интеллигенции, которые могут хорошо вписаться в любую столичную компанию аристократов духа.

Вы проводите фестиваль уже 15 лет. Можете сказать про самый сложный год?

Это было в Москве — самым сложным был 2012 год. Мы сделали невероятно дорогую программу с огромным набором известных артистов. Два дня джаза на пяти сценах – везде хедлайнеры, бюджет невероятный. И нам просто не повезло с погодой: было холодно и очень сильный дождь. Из-за этого мы не смогли привлечь достаточно зрителей и оказались в жутких убытках.

Еще одним тяжелым воспоминанием стал 2015 год. Тогда нам предложили уйти из Архангельского, чтобы получить государственную поддержку. В итоге господдержку мы не получили, произошла смена власти, и вообще мы оказались никому не нужны. Я была практически сломлена, но нашла силы пойти дальше.

Последние годы формат большого городского фестиваля меняется: скажем, если раньше он был только музыкальным, то сейчас постоянно предлагаются дополнительные развлечения. Недавно в Москве был фестиваль, где к джазу добавились шахматы. Музыка не то что отодвигается на задний план, но становится одним из развлечений. Она уже не самоценна?

Нет, я так не считаю. Мы были одними из первых, кто вообще создал такой проект — у нас появились детские площадки, дизайнерский маркет. Но для чего это нужно? Все очень просто: нам важно привлечь гораздо более широкую аудиторию к нашей музыке. Нам нужно, чтобы у джаза появились новые и умные слушатели. Люди идут на некий праздник, на атмосферу, и это делают все фестивали. Поверьте, я видела практически все главные музыкальные фестивали в мире.

Немузыкальные активности нужны, чтобы объединить людей, которых привлекают разные стороны искусства. Есть любители театра, а есть публика, сосредоточенная на изобразительном искусстве. И мне хочется эти потоки увлечь в одно русло, направив в наше пространство. Эти знатоки обогащают нас, а мы — их, объединяя на почве музыки.

Мария Семушкина

Вы когда-то сказали, что хотите делать русский Монтрё. С тех пор прошло 15 лет. Вы приблизились к этому идеалу?

Вообще мне нравится Монтрё — это символ Швейцарии, как сыр или часы. Когда ты приезжаешь в Женеву, что ты видишь? «Монтрё джаз кафе», «Монтрё джаз шоп». Они стали частью национальной культуры. Все отели забиты на сезон проведения фестиваля. К тому же это — удивительной красоты место на берегу Женевского озера. Я хочу, чтобы «Усадьба Jazz» тоже стал аргументом для приезда в Россию. Русская усадьба и джаз — редкое сочетание. Но это, к сожалению, я не смогу сделать без государственной поддержки.

Мы единственный российский фестиваль, о котором знают на Западе. «Усадьба Jazz» проходит в шести городах — это федеральный проект. В этом году первый раз на фестиваль пришел министр культуры Владимир Мединский. С удивлением он узнал, что «Усадьба Jazz» проводится в нескольких городах. И вот это показательно — разобщенность государственных институтов и бизнеса.

А самый счастливый фестиваль какой?

Самый счастливый фестиваль – солнечный! Хотя и во время дождя бывают сильные эмоции. Например, таким впечатляющим было прошлогоднее выступление группы «Аукцыон» под дождем. Вообще «Усадьба Jazz» — про счастье, про новую философию жизни. Я в какой-то момент научилась разделять: можно не заработать, но фестиваль будет фееричным. Так получилось недавно в Москве: все шли навстречу друг другу и улыбались.

Сейчас уникальное время — музыка способна всех нас объединить, несмотря на войны и конфликты. Поэтому «Усадьба Jazz» предлагает фееричное, изысканное музыкальное наслаждение. Джаз — родившийся в сплаве культур, вобравший музыкальные традиции разных континентов — именно он нам и нужен сегодня.

Беседовал  АРТЕМ  МЕЛЬНИК

Дмитрий Пимонов

Дмитрий Пимонов: Фантазию творца ограничить невозможно

Дмитрий Пимонов — разносторонне одаренный человек и талантливый хореограф, начавший свой творческий путь со Школы-студии Ленинградского мюзик-холла. Он танцевал в Городском театре Лахти (Финляндия), сотрудничал с Компанией неоклассического танца Каталонии (Испания), с Академией танца Фернанды Каноссы (Португалия), Балетной труппой казино и телевидения острова Мадейра, работал в Театре танца «Эри» (Финляндия). В 2010 году он окончил Академию Русского балета имени Вагановой по специальности хореограф. Дипломной работой Дмитрия Пимонова стала музыкально-хореографическая сюита по мотивам сказки Гофмана «Шелкунчик и Мышиный король» — совместный спектакль Академии Вагановой и Нового японского филармонического оркестра в Suntory Hall (Токио).

Юрий Мамин

Юрий Мамин: Деньги на фильм мне дали питерские бандиты

В современной России у кинематографистов, отказывающихся обслуживать интересы власти, нет никаких перспектив, считает режиссер Юрий Мамин. Из России в США на прошлой неделе вместе с супругой актрисой Людмилой Самохваловой уехал известный кинорежиссер, автор культовых фильмов «Праздник Нептуна», «Фонтан» и «Окно в Париж» Юрий Мамин. Перед отъездом в интервью «Росбалту» он рассказал о причинах своего решения и о том, как устроена российская киноиндустрия.

Алла Шелест, с сайта Мариинского театра

Алла Шелест – трагическая фигура русского балета

Алла Яковлевна Шелест. Великая Алла Шелест. В этом году поклонники русского балета отмечают ее столетие. Легенды ходили об ее уникальном прыжке, шаге, стремительных вращениях. Но главное – она обладала неповторимым даром создания глубокого образа. Только так она подходила к каждой из станцованных ею партий. Масштаб личности балерины отражался в масштабе ее сценических образов. Ее можно назвать великой драматической и трагедийной актрисой. И сама она – трагическая фигура русского балета. Беда заключалась в отсутствии вокруг подлинной художественной жизни.

Борис Березовский

Горячий февраль Бориса Березовского

В Большом зале Петербургской филармонии февраль 2019 года выдался на редкость интересным. Состоялось несколько событийных концертов. «Петербургский авангард» посетил некоторые из них и решил рассказать своим читателям. Начнем с последнего — на сцене Большого зала выступил знаменитый пианист Борис Березовский, редкий гость в Санкт-Петербурге.

Марина Колдобская, предоставлено художницей

Марина Колдобская: Фрики украшают жизнь

Художник и журналист Марина Колдобская окончила ЛВХПУ имени Веры Мухиной. Входит в состав Товарищества «Свободная культура» и Культурного Европарламента. Марина Колдобская известна как участница первой в России женской арт-группы «Я люблю тебя, Жизнь!» (1991) и организатор женской арт-группы «Любимые люди» (1995).

ТЮЗ, режиссер Елизавета Бондарь

Во всем есть музыка

На Малой сцене Санкт-Петербургского Театра юных зрителей оперный режиссер Лиза Бондарь поставила драматический спектакль по повести известного писателя, обладателя множества литературных премий Евгения Водолазкина «Близкие друзья». Премьера постановки состоялась 6 марта, а 7 марта состоится второй показ. Приглашение на постановку в ТЮЗ молодого режиссера из Москвы Елизаветы Бондарь можно отнести к новаторству и поискам нового пути в разговоре с современным зрителем.