Марина Колдобская: Фрики украшают жизнь

Художник и журналист Марина Колдобская окончила ЛВХПУ имени Веры Мухиной. Входит в состав Товарищества «Свободная культура» и Культурного Европарламента. Марина Колдобская известна как участница первой в России женской арт-группы «Я люблю тебя, Жизнь!» (1991) и организатор женской арт-группы «Любимые люди» (1995).
Марина Колдобская, предоставлено художницей

13 марта 2019.
Текст: Людмила Семенова. Фотографии из личного архива Марины Колдобской.
Рубрика: Музеи / кино Стиль жизни. Тэги: .

Она публикуется в периодических изданиях обеих российских столиц, а также выпустила несколько книг. Успела поработать директором Музея нонконформистского искусства и петербургского филиала Государственного центра современного искусства. Марина Колдобская также является соорганизатором лаборатории медиа-искусства Cyland и фестиваля Cyberfest (с 2007 года). «Петербургский авангард» побеседовал с художником о призвании, современной живописи и заповедниках академизма.

Марина Колдобская

Что такое «быть художником» в вашем мировоззрении? Это предназначение, миссия, нечто, без чего вы не представляете свою жизнь, или то, что вы лучше всего умеете делать?

Когда мне было лет примерно 16-17, я поняла, что не смогу жить как «нормальные люди» — ходить на службу, слушаться начальников, выполнять какие-то задания, добиваться должностей, ездить на картошку… Рисовать я любила, и показалось, что профессия художника – это способ уклониться от советской рутины. В моем случае это получилось.

Но вообще-то, и тогда, и сейчас я встречаю людей, одержимых карьеризмом. А карьеризм превращает жизнь «свободного художника» в нудное восхождение по служебной лестнице. Я художник потому, что мне это нравится. Это кайф. Главное тут — детское желание мазать краской, калякать-малякать. Без этого нет художника. А идеи, образы, эстетика – это все наживное, это меняется.

Вы начали свою деятельность свободного художника в 1980-е годы. С чем у вас чаще всего ассоциируется это время в воспоминаниях, и какой культурный окрас оно имело в истории страны?

1980-е, особенно первая половина, были странным временем. С одной стороны – совок безнадежный, все протухло и прогнило. Но как раз это давало какой-то отчаянный кураж. Мы понимали, что ничего не можем изменить. А жизнь проходит, надо принимать то, что есть, давайте попробуем веселиться. Тогда появились все легендарные питерские группы: «Митьки», «Новые художники», «Некрореалисты», «Инженеры искусств». И многие другие, кто не принадлежали к этим «брэндам», тоже работали очень бодро. И когда случилась – совершенно неожиданно – Перестройка, стало ясно, что иначе и быть не могло. И стало совсем весело.

Марина Колдобская

В чем специфика творчества «женских арт-групп», в которых вы работали?

Женских групп в России было раз-два, и все. У любой художественной группы, как например, у любой семьи, своя история. Делать обобщения сложно, да и неправильно. Скажу про группу «Я люблю тебя, Жизнь!». Мы с Маней Алексеевой, Женей Каменецкой и Мариной Тепловой развлекались: устраивали пикники, квартирники, оформляли какие-то тусовки. Надо сказать, наши мужчины нам всячески помогали, хотя не имели амбиций художников. Никакой особой идеологии в этом не было, просто нам вместе было весело. И куражно – ведь впервые в России!

Каково, на ваш взгляд, соотношение образовательного вклада и влияния педагогов в развитии молодого художника и его собственных представлений о том, как дать выход своему таланту? Как то и другое сказывается на их дальнейшем пути?

Не уверена, что лично мне образование в Мухинском училище (ныне Санкт-петербургская Государственная художественно-промышленная академия имени Штиглица) много дало. Там царил какой-то странный антиинтеллектуализм – за исключением занятий по философии, которые я вспоминаю с удовольствием, преподаватель был хороший. А в профильных дисциплинах практиковалось рисование черепов, раскрашивание натюрмортов, передирание дизайна с западных каталогов. Но от других, уважаемых мною художников, учившихся там же раньше или позже, я слышала совершенно другие отзывы. Видимо, кому как повезло. Вообще, по-моему, образование больше зависит от ученика, чем от учителя.

Если человек готов к тому, чтобы принять знания – он найдет те, которые ему нужны. Тусуясь среди доморощенных художников, писателей и музыкантов, я получила гораздо больше, чем в аудиториях Мухи. Ну и в библиотеках, конечно – и в мухинской было что полистать, и в Академии (ныне Российская академия художеств), и в Публичке (ныне Национальная библиотека).

«Бывших художников не бывает» – это истина или всего лишь красивое выражение? Есть ли среди ваших прежних товарищей по учебе те, кто решил навсегда порвать с художественным творчеством?

В абсолютном большинстве мои соученики картин не пишут и статуй не ваяют – но они и не собирались, они учились промышленному дизайну. Художников вообще не должно быть много. Этому нельзя научить, это склад души, образ мыслей. В Мухе учили, как оформить стенгазету, как спроектировать стул, как устроить детскую площадку. Заклинаний про высокое искусство было, слава Богу, не так много. А вот в Академии художеств студентам до сих пор внушают, что они художники. Знаю немало людей, просто искалеченных таким образом – взращены амбиции, освоено ремесло, но на самом деле человеку это не нужно, и бедолага всю жизнь мается, на выставки рвется, карьеру выстраивает, прикидывается непризнанным гением… Это беда!

Профессия художника, особенно в России – социально незащищенная, не особо уважаемая, в смысле заработка очень рискованная… Все эти минусы может перевесить только кайф, который человек получает от самой работы. Если кайфа нет – тогда стараться незачем совершенно.

Можете ли вы выделить самые любимые среди арт-проектов, которые курировали?

С удовольствием вспоминаю, например, Арт-медиа форум в 2000 году. В Питере была устроена большая тусовка про связи между СМИ и искусством, главным куратором был москвич Марат Гельман, а я отвечала за привлечение питерских авторов. Кайф был в том, что местные авторы мгновенно нашлись, хотя мои московские коллеги в те годы считали, что Питер – сонный тоскливый город, где на сцене современного искусства нет ничего, кроме Новой Академии (постмодернистский проект, возглавляемый Тимуром Новиковым, пародийно культивировал так называемые «классические формы» искусства). А тут, как из-под земли, появились никому не известные авторы – художники с социальным темпераментом, журналисты с художественным вкусом, на коленке сделанные журналы по искусству, разнообразные сайты… И многое очень неплохого качества. Оптика поменялась, это было приключение. В который раз подтвердилась старая мысль, что все у нас есть, просто никому не нужно. Создайте запрос – и все появится.

Почему жанр «перформанс» воспринимается как ниша художников, а не актеров, хотя вроде бы это ближе к их профилю?

Возможно, потому, что перформанс обычно не требует специальных актерских навыков. А требует идеи, сценария, драйва, харизмы… В прошлом году, например, мы с музыкантом Владимиром Волковым и актером Павлом Семченко устроили перформанс «Поединок» в Эрмитаже: сначала мы с Волковым «ругались» при помощи музыкальных инструментов, потом фехтовали огромными кистями, измазав друг друга черной и красной краской. Павел Семченко сводил звук и выступал как рефери. Кем мы были? Музыкантами? Живописцами? Актерами? Проще сказать artists. Вообще, это разговор о терминах, а все термины условны.

Марина Колдобская

Как вы относитесь к людям, которые выдают за искусство некие бессмысленные эпатажные действия, и к тому, что к художественному творчеству примыкают так называемые фрики вроде Сергея Пахомова, приглашенного на ярмарку Sam Fair в Музее стрит-арта осенью 2018 года?

Эпатаж далеко не всегда бессмыслен. Фрики украшают жизнь. Ярмаркой Sam Fair рулят профессиональные люди, они понимают, кого и зачем приглашать. И вообще, пусть все делают все, что могут – потом разберемся.

Какое место в вашей жизни занимает декоративно-прикладное творчество? И могут ли считаться художниками те, кто посвящает себя ему, например, созданию авторских сувениров?

Ваш вопрос вызван, видимо, тем, что среди профессионалов сложилось пренебрежительное отношение к прикладному искусству, а «декоративное» в какой-то момент стало практически синонимом «бездумного». Бездумным может быть что угодно. Бездумной живописи мы, что ли, не видали? Я вообще не любитель делить жизнь на жанры, раскладывать по полочкам и определять, какая полочка выше, какая ниже. Мне керамика Пикассо, например, нравится гораздо больше, чем его живопись. Если работа художника «идет в народ» – в виде, допустим, принтов – отлично. Я сама охотно даю свои картинки для печати на сумках, футболках, значках. Все музеи, кстати, поступают так со своими хитами – зайдите в любой музейный gift-shop. В конце концов, человеку может быть не по карману картина любимого художника – а принт он сможет купить.

Есть ли будущее у академической живописи и графики в нынешней массовой культуре, новые имена в этом жанре, или это часть безвозвратно ушедшей эпохи?

Не знаю я, честно говоря, что такое «академическая живопись и графика». Вы имеете в виду многофигурные тематические картины с анатомически правильным рисунком? Сегодня это либо игра, либо продукция для людей, сильно запоздавших в своих пристрастиях. Когда в девятнадцатом веке возник термин «академизм», он сам по себе предполагал, что «классическая» эстетика в прошлом, в жизни она неуместна, и водиться она теперь будет в специальных заповедниках-академиях. Но кому-то, видимо, нужны и заповедники.

Беседовала ЛЮДМИЛА СЕМЕНОВА

Игорь Шибанов, актер ТЮЗа, из личного архива

Игорь Шибанов: театр, театр и еще раз театр

Народный артист России Игорь Шибанов отмечает юбилей 14 сентября 2019 года. Обаятельный, с легкостью импровизирующий, глубокий и нестандартно мыслящий актер служит в ТЮЗе имени Брянцева с 1964 года. Выдающийся ученик Зиновия Корогодского к своему 75-летию — корифей труппы и любимец зрителей. За время работы в ТЮЗе артист сыграл более 90 ролей. Вспомним вошедшие в летопись театра художественные образы Игоря Шибанова, каждый из которых являет крупицу удивительного дарования артиста.

джазовый фестиваль "Большой джем", пресс-служба

Чудеса «Большого Джема» в Сестрорецке

В минувшие выходные, 7 и 8 сентября 2019 года, прошел пятый юбилейный джазовый фестиваль «Большой Джем», который ежегодно считается самым продолжительным джазовым openair-джемом в мире. Этот семейный фестиваль открыл свои двери в историческом центре Сестрорецка — на территории культурного креативного пространства «Петровский арсенал», где два дня звучал высококлассный джаз. Более 22 тысяч гостей фестиваля порадовал бесплатный вход и созданные организаторами лаундж-зоны. Все детские и спортивные зоны фестиваля работали абсолютно бесплатно, чтобы каждый желающий мог беспрепятственно все попробовать и во всем поучаствовать.

Мертвые души. Фото Юлии Смелкиной предоставлено пресс-службой Театра Ленсовета

Мертвые души: Поэма застоя

В апреле этого года в Театре имени Ленсовета состоялась премьера по поэме «Мертвые души» и другим текстам Николая Васильевича Гоголя. Режиссер постановки — Роман Кочержевский, уже получивший за спектакль «Золотой софит» в номинации «За лучший режиссерский дебют». Эта постановка ни на что не похожа – в прямом, изначальном смысле этих слов. Она не претендует на что-то чрезвычайное, из ряда вон, и ее выразительные средства напоминают те, что публика видит на других сценических площадках города. Но нет! отличия огромные.

Диорама Блокада Ленинграда

Ленинград — это Мы. Ленинград — это Я

На сцене театра «Суббота» 7 и 8 сентября 2019 года состоялись первые показы спектакля «872 дня. Голоса блокадного города». Премьера была приурочена к 75-й годовщине освобождения Ленинграда от блокады 1941-1944 годов. На основе «Блокадной книги» Алеся Адамовича и Даниила Гранина, текстов и дневников Лидии Гинзбург, Дмитрия Лихачева, Ирены Дубицкой, Геннадия Гора, Павла Зальцмана, Татьяны Великотной, Веры Берхман и других очевидцев труппа театра создала совершенно особый спектакль, который необходимо увидеть всем петербуржцам от мала до велика. В спектакле заняты артисты Софья Андреева, Иван Байкалов, Анна Васильева, Владислав Демьяненко, Марина Конюшко, Анастасия Резункова, Екатерина Рудакова, Григорий Сергеенко, Снежана Соколова, Оксана Сырцова, Григорий Татаренко, Владимир Шабельников, Дарья Шиханова, Кристина Якунина.

Блокадный хлеб, фото Военно-медицинского музея

В городе проходят мероприятия в память о жертвах Блокады Ленинграда

В воскресенье, 8 сентября (12.00), в городе на Неве проходя публичные чтения списков погибших в Ленинграде во время блокады 1941-1944 годов. К акции Дня памяти присоединились: Государственный Эрмитаж, Государственный Русский музей, Музей Анны Ахматовой, Капелла, Дом журналиста, Дом актера, Театр “Балтийский дом”, Театр имени Ленсовета, Музей Достоевского, Российская национальная библиотека, библиотека Маяковского и ее филиалы, Библиотека Гоголя и многие другие площадки (более 30), список которых постоянно расширяется.

Светлана Лаврецова

Светлана Лаврецова: 98-й сезон ТЮЗа будет очень насыщенным

Санкт-Петербургский театр юных зрителей открывает сезон 1 сентября 2019 года, в унисон со школьниками, празднующими День знаний. Театр живет активной жизнью, являясь частью культурного наследия Санкт-Петербурга. Новый, 98-й, сезон будет наполнен премьерами, гастролями и грандиозными международными фестивалями. Директор ТЮЗа Светлана Лаврецова в интервью «Петербургскому авангарду» подвела итоги предыдущего года и поделилась планами на следующий. Она рассказала, какие премьеры запланированы в ТЮЗе и в каких городах спектакли театра можно будет посмотреть.