Марина Дмитревская: Все фестивали «Пять вечеров» мы проводили в долг

В Санкт-Петербурге 11 февраля завершился юбилейный театральный фестиваль «Пять вечеров». Он посвящен великому драматургу Александру Моисеевичу Володину, чье 100-летие пришлось на 10 февраля. К сожалению, создатели этого фестиваля объявили, что в этом году он прошел последний раз. О причинах столь печального решения «Петербургскому авангарду» рассказала арт-директор фестиваля Марина Дмитревская, главный редактор и директор «Петербургского театрального журнала».
Марина Дмитриевская, предоставлено пресс-службой фестиваля "Пять вечеров"

17 февраля 2019.
Текст: Ирина Сорина. Фотографии предоставлены пресс-службой фестиваля "Пять вечеров".
Рубрика: Театры / музыка. Тэги: , .

Марина Юрьевна, расскажите, пожалуйста, о Володине: что он для вас? Чем он был вам так близок? Я знаю, что вы его очень любили, дружили, а сейчас с таким энтузиазмом делаете посвященный ему фестиваль. За что вы его любите?

«Любите» — не то слово. Володин — великий драматург, который реформировал наш театр и сделал драматической категорией человеческий талант. Как Островский — деньги, так Володин — талант. Я не видела легендарные «Пять вечеров», но в моей жизни спектакль Геннадия Опоркова «С любимыми не расставайтесь» был огромным впечатлением. Нет, я, наверно, не с того начала. В шестом классе в Доме Книги я купила книжку, первую его книжку, серенькую такую, и абсолютно зачитывалась ею. А книжки юности для нас значат очень много. И Володин со школьного детства, со «Звонят, откройте дверь», «Фокусника», «Похождений зубного врача» — это то, на чем я росла.

А потом, когда мы уже познакомились и последние десять лет его жизни дружили, я его очень понимала, он очень понимал меня. И даже одну книжку мне надписал: «Мариночка, доченька, несмотря на наследственность, проживи счастливее, чем жил я». Потому что, действительно, желание спрятаться от людей, абсолютная несдержанность, когда сталкиваешься с безобразием, неумение сказать «нет» и еще какие-то вещи в его характере были мне очень близки и понятны, поэтому он мне много искренне исповедовался, а я ему. У нас были откровенные отношения. При этом я всегда понимала, что он — Володин, и гордилась тем, что у нас такие короткие отношения. А вообще дружба и любовь не требуют мотивировок.

Но есть же какие-то качества, которые ты больше всего ценишь в близком тебе человеке. Я его не знала, но как я себе его представляю, он был как оголенный нерв, и очень интеллигентный. Несмотря на всем известную любовь к алкоголю.

Да, конечно, он был абсолютная нервная вибрация.

Вы 15 лет проводите фестиваль, посвященный Володину. И каждый раз возникают огромные сложности, финансовые проблемы…

Это была наша частная инициатива пятнадцать лет назад. Мы даже не думали, что так долго продержимся. Абсолютно все фестивали мы проводили в долг. И юбилейный тоже. И до сих пор не знаем, как сумеем погасить долги, потому что не знаем, какие средства выделит город, и никогда не знаем, даст ли нам что-то Министерство культуры РФ. Планировать афишу немыслимо. Последние три года заранее дает деньги Ленинградская область. Они идут через Театр на Литейном. Но атмосфера в этом театре сильно изменилась — здесь стало тяжело. Кроме того, команда и я вместе с нею постарели на 15 лет. У меня осталось довольно мало жизни, мне надо сделать какие-то свои дела, книжки, на моих плечах «Петербургский театральный журнал» — тоже необеспеченный финансово. Мы делаем фестиваль буквально вчетвером, у нас нет ни одной штатной единицы. Пятнадцать лет продержаться на волонтерстве — в России больше нет таких случаев.

Но все-таки очень жалко расставаться с фестивалем.

Если город, Комитет по культуре Петербурга найдет внутри себя какой-то ход и определит какую-то постоянную сумму, «поставит печку», от которой мы сможем плясать хотя бы раз в два года, мы, наверно, будем это продолжать. Но уже на других основаниях. Хотя не думаю, что город сам что-то предложит. Надо опять ходить, стучать во все двери, а сил на это нет. Виктор Рыжаков страшно занят в Москве: у него курс, у него театр, у него постановки, он вообще прилетает только на фестиваль. А тупая работа по организации падает на Юлию Воронцову – нашего замечательного исполнительного директора, Катю Миллер, которая сейчас курирует кинопрограмму и всегда оформляет фойе, Катю Строганову (пресс-служба), Свету Норман, которая продает билеты, и на меня. Вот и вся наша команда. Для такого огромного фестиваля это невозможно. Люди устали, устали люди.

А вы для себя в дальнейшем определились, что будет вместо фестиваля, чтобы имя Володина не было забыто, чтобы поддерживать интерес к его творчеству?

Конечно, Александра Моисеевича мы не бросим. В каких формах это будет продолжаться — пока не знаю. Нет времени подумать. Вот закончился фестиваль, после него я обычно заболеваю, потому что — перегруз. Но сейчас я не могу позволить себе заболеть, так как 11 февраля на практику пришли студенты, 14 февраля я читаю большую публичную лекцию, 15 февраля мне надо посмотреть спектакль и быстро написать про него, 16-17 февраля – лаборатория театра ЦЕХЪ. Далее я сажусь в самолет и лечу в город Тару, где поставили володинского «Зубного врача» и еще три спектакля. Возвращаясь из Тары, а это пять часов на машине от Омска, я посмотрю еще что-то в Омске, прилечу сюда, и мне нужно будет верстать номер. Я могу рассказать свою жизнь по дням до июня месяца. Это немыслимые нагрузки.

Вот пример, что пьесы Володина ставят даже в таких глубоко провинциальных городах. Почему? Он современен и сейчас?

Володин — не современный писатель, а классик. Сложность в том, что время стало достаточно тупое, без шестых чувств, а у него все построено на шестых чувствах.

Александр Володин

И такой вопрос: кого вы считаете продолжателем Володина. Неправильно. Кто близок ему по духу из современных авторов?

Таких нет.

А есть сейчас по-настоящему крупные драматурги?

По-своему крупный драматург Иван Вырыпаев. Это XXI век, а ХХ век построился в цепочку Чехов-Володин-Вампилов. Современная драматургия занята неталантливыми героями. Современная драматургия выбирает шум времени, а не пристальное рассмотрение человека. В этом смысле у Володина, по-моему, нет последователей. Да и у психологической драмы нет. Для этого надо иметь вкус держать увеличительное стекло над жизнью. А современные драматурги очень плоско понимают человека, они его конструируют.

И о вашей традиции в день рождения Александра Моисеевича Володина. Неужели в этом году это было в последний раз?

10 февраля мы, как всегда, поехали в Комарово, пили водку, закусывали бутербродами, читали стихи, отмечали столетие Александра Моисеевича. А вечером был концерт студентов Виктора Рыжакова «Оттепель», они пели песни 1960-х годов. Мы отлили маленьких Володиных (автор скульптуры Резо Габриадзе) и вручили их всем, кто долгое время проработал на фестивале. Каждый человек, находящийся в зале, получил рюмку с водкой и смог унести ее домой. На рюмке написано: «Не могу напиться с неприятными людьми». Так мы отпраздновали столетие.

пресс-конференция Пять вечеров

По поводу предложения увековечить имя Володина на карте города. Почему Васильевский остров, а не Петроградская сторона? Мне кажется назвать именем Володина любое место на Петроградской стороне – в этом гораздо больше смысла, поскольку именно с Петроградской стороной связана его жизнь.

Я с вами согласна. Спасибо Нике Стрижак за эту инициативу. Меня к этой истории не подключали, но я бы предложила переименовать улицу Ленина на Петроградской стороне в улицу Володина. Он там жил. Конечно, нужно, чтобы на Петроградской что-то было.

И все же, как в будущем будете отмечать 10 февраля?

Десятое число, конечно, остается десятым числом. Но честное слово, я никому ничего не должна.

Просто очень жалко расставаться…

Да, жалко. Но пусть кто-то еще постоит 15 лет с протянутой рукой и почувствует, как она устает. Пусть сопоставит суммы, которые дают другим фестивалям, и нашему… У меня закончился внутренний порох. Пройдет время и что-то само возникнет.

Володинский фестиваль

Беседовала  ИРИНА  СОРИНА

Юлия Галкина

Юлия Галкина: Люди всегда интереснее, чем оконная фурнитура и дореволюционный паркет

В декабре в издательстве «Бомбора» вышла книга «Истории домов Петербурга, рассказанные их жителями». Ее написали краевед Максим Косьмин, который известен подписчикам в Инстаграме как maax_sf и журналистка Юлия Галкина, автор телеграм-канала fake empire. Фотографом выступил Антон Акимов, работавший над аналогичной книгой про московские дома. «Петербургский авангард» встретился с Юлией Галкиной, чтобы поговорить о книге, которую спустя месяц после ее выхода уже едва найдешь в книжных, о жителях домов, встречающих журналистов едва ли не со сковородкой, и о городе, где каждый район — это почти отдельный мир.

Виктор Косаковский

Ты меня больше не любишь!

Петербургский режиссер-документалист Виктор Косаковский не получит Оскар в этом году — его картина «Акварель» не попала в шорт-лист. В феврале на Берлинале он покажет новый фильм «Гунда», снова снятый на 96 кадров секунду (быстрее, чем «Хоббит»). По мнению режиссера, скоро все кинематографисты перейдут на этот стандарт скорости изображения. Автор «Петербургского Авангарда» рассказывает, как менялось отношение режиссера к герою и куда его приведет новая технология.

Рождество и Новый год

Театральные проводы 2019 года

Многие петербуржцы наверняка захотят провести 31 декабря 2019 года в приятной атмосфере театров, которые приготовили для взрослых и маленьких зрителей новогоднее меню на любой вкус — и веселое, и музыкальное, и романтичное, и задумчивое. Это касается не только больших залов и площадок, расположенных в центре города и всегда выглядящих респектабельно и празднично. Спальные районы Петербурга уже давно не отстают в стремлении к культурному и интеллектуальному досугу и не желают делать расслабляющий перерыв даже в главный праздник года.

Татьяна Семенова, реквизиторский цех Театра музыкальной комедии

Татьяна Семенова: Принесенные мной стаканы семь лет «работают» на сцене

В год 90-летия Театра музыкальной комедии, который совпал с Годом театра, «Петербургский авангард» знакомит своих читателей с театральными профессиями, представителей которых зритель не видит, но их слаженная работа за кулисами – залог успешного показа спектакля. Татьяна Семенова заведует реквизиторским цехом. Профессия реквизитора – одна из немногих в театре, которую не преподают ни в одном учебном заведении. Этому можно научиться только на месте. Главное – желание и хороший пример перед глазами.

Михаил Шемякин

Пикассо в диалоге с Шемякиным

До 5 апреля 2020 года в выставочном центре Михаила Шемякина на Садовой улице проходит необычная экспозиция — «Шемякин. Пикассо. Веласкес. Картины как модели. История трансформаций». Это еще один из способов великого художника современности совместить в познании мира и себя два подхода — научный и артистический. Мастера разных жанров и искусств обращаются к работам своих предшественников, чтобы получить вдохновение, воздать должное великому творцу или переосмыслить оригинал, а возможно — превзойти его. Обычно каждая индивидуальная реакция на старое произведение искусства представляет собой синтез намерений художника: зафиксировать, интерпретировать и учиться.

Костюмеры женской стороны. В центре - Маринэлла Лукинская

Маринэлла Лукинская: Артисты – существа не от мира сего

«Петербургский авангард» предлагает своим читателям историю Маринэллы Лукинской, заведующей женским костюмерным цехом Театра музыкальной комедии Петербурга. Мы продолжаем цикл интервью представителей театральных профессий, которых зритель не видит, но их слаженная работа за кулисами – залог успешного показа спектакля. В год 90-летия Театра музкомедии, который совпал с Годом театра, предлагаем захватывающие истории «бойцов невидимого фронта», которые обеспечивают безупречную и слаженную работу одного из самых ярких театральных коллективов на Итальянской улице.