Константин Жуков: Любая империя нивелирует все, что ей неудобно

Краевед, историк и писатель Константин Жуков является автором книг «Петербург без мундира», «История Невского края», «История Москвы в датах», «Дом академиков. История и судьбы», множества статей в периодике и цикла радиопередач «История Невского края». В 2012 году писатель был удостоен диплома Анциферовской премии в номинации «Лучшие популярные работы» за «Историю Невского края (с древнейших времен до конца XVIII века)». В этой книге в популярной форме изложены научные факты и итоги археологических изысканий. Константин Жуков был гостем росбалтовского Квартирника. В рамках этого проекта он обещал продолжить цикл лекций, посвященных истории «петербургских индейцев».
Константин Жуков

3 августа 2018.
Беседовала Юлия Иванова. Фото предоставлено Константином Жуковым.
Рубрика: Литература Музеи / кино Стиль жизни. Тэги: , .

«Петербургский авангард» побеседовал с краеведом об истории малых народов в России и за рубежом и о том, как современным петербуржцам поможет это знание.

Константин Сергеевич, почему вы занялись столь древней историей Невского края? Актуально ли это сегодня?

Краеведением я увлекся довольно рано — примерно в 10 лет. Просто мне это всегда было интересно, тем более что речь идет об истории Петербурга, моего родного города. А что касается отношения к сегодняшнему дню, то я уверен, что на многие вопросы современности история предлагает свои ответы и пути решения.

Например, «петербургские индейцы», как я условно называю вожан и ижор. Как известно, их история трагична, потому что эти народы почти исчезли, и это не может не вызывать сожаление. Разнообразия в нашем мире становится все меньше.

Исторический урок существования этих народов заключается в том, что империя — будь она советской или любой другой — стремится к нивелированию всего, что не подходит под ее формат. Имперская толерантность простирается до тех границ, где подчиненные народы остаются вассалами. Как только они проявляются самостоятельность, империя тут же их давит, уравнивая и подводя под удобный, единый для всех уровень. Именно это случилось с петербургскими индейцами, после чего они практически перестали существовать на планете Земля.

Эти народы оказались не совсем удобны, и в первую очередь — для советской империи. Они были родственны враждебным, как считалось, Финляндии и Эстонии, поэтому воспринимались как пятая колонна внутри СССР. Их культурная самостоятельность была прекращена и подавлена. У них был один путь — скрываться и ассимилироваться.

Неужели речь идет о полном уничтожении этих народов?

Можно только преклоняться перед людьми, которые и в советские годы, и сейчас изучают их язык и сохраняют традиции. Например, профессор Тартусского университета (Эстония) Пауль Аристэ, лингвист, до самой своей смерти в 1990 году занимался изучением водского языка. Он записывал водские песни и сказки, ежегодно ездил на Сойкинский полуостров, близ Усть-Луги. Он сделал немало для водской культуры. И даже составил словарь водского языка.

Есть совсем уникальные люди, как например, Мехмет Муслимов, который, как можно понять по его имени, совсем не вожанин и не ижор, но много лет кропотливо занимается изучением водского и ижорского языков и сейчас преподает их самим представителям этих народов. Есть и еще замечательные люди – Никита Дьячков, создатель и хранитель Ижорского музея в деревне Вистино (Ленобласть), Марина Ильина – хранитель Водского музея в деревне Лужицы (Ленобласть) и другие энтузиасты, перед которыми я просто снимаю шляпу и низко им кланяюсь.

Что вас привело к исследованию темы петербургских индейцев? Где корни этого увлечения?

По образованию я филолог, хотя в школьные годы увлекался историей и даже хотел поступать на исторический факультет Ленинградского университета. Но влияние моего любимого учителя Владимира Натановича Шацева и его пример привели меня в Герценовский институт, на факультет русского языка и литературы. И это мне многое дало.

В свободное от учебы время я и мои сокурсники работали вожатыми и воспитателями в одном из пионерских лагерей. Мы старались организовать нашу деятельность как большую увлекательную игру. Сейчас бы это, наверное, назвали исторической реконструкцией. Наш пионерлагерь «Заря» стал Городом мастеров. Отряды были разновозрастными и назывались цехами, совет дружины — магистрат, директор лагеря — бургомистр. У каждого отряда был свой штандарт. В общем, средневековый город был проработан в деталях. Мы даже устраивали государственный переворот и факельные шествия.

Советской власти все это не очень нравилось. Несколько раз нас пытались закрыть. Но, слава Богу, все обошлось. Это очень мне помогло в дальнейшей жизни. Мне нравилось быть учителем.

И как разворачивались события после института?

После Герценовского я полтора года прослужил в армии. И уверенно могу сказать, что в этом опыте не было ничего хорошего. Армия калечит людей, приучает их к миру абсурда — к тому, что они обязаны выполнять распоряжения, какими бы идиотскими они ни были.

А после армии я с удовольствием проработал в своей родной школе три года. Но потом наступили довольно тяжелые времена: с началом лихих 1990-х мне пришлось поменять работу.

Когда же вы нашли время для своих исторических исследований?

Дело в том, что я не сразу расстался с преподавательской деятельностью — какое-то время я еще вел факультативный курс «Санкт-Петербург в русской литературе». Во многом это и подвигло меня к более глубокому изучению петербургской мифологии. И я понял, что без исторической науки здесь не обойтись. Позже я решил написать учебник по истории города, причем — начать с древнейших времен. В моей истории дата 1703 год была бы не началом, а вехой. Так я написал «Историю Невского края» (2010 год), в которой я дошел до конца XVIII века. Получился не совсем учебник, а скорее — книга для учителя. Она имела определенный успех: была довольно быстро раскуплена и удостоена Анциферовского диплома.

Надо сказать, что я писал эту книгу довольно долго, и еще несколько лет она лежала у меня в столе. Учитывая, что после издания книги произошло несколько исторических открытий — например, раскопки на Охтинском мысу, мое творение немного устарело. Думаю, что теперь надо выпустить исправленное и дополненное издание.

Интересно, тема допетровского времени на берегах Невы заинтересовала еще каких-то исследователей?

Конечно! Можно, к примеру, вспомнить книгу Александра Шарымова, который свел воедино многие забытые и полузабытые сведения, касающиеся периода, предшествовавшего основанию города. В 1990-е Глеб Лебедев переиздал созданный еще в XIX веке труд Андреаса Гиппинга «Нева и Ниеншанц».

Как ни странно, миф о том, что Санкт-Петербург основан в 1703 году на пустынных болотах, уходит корнями еще в петровскую эпоху. Петр Первый сам целенаправленно его и насаждал. Уже при жизни он получил облик демиурга, создавшего новую Россию. Все, что было в допетровское время, как бы не существовало. Мы в этой парадигме и продолжаем существовать. Для многих Петр Великий — культурный герой, до которого здесь ничего не было.

Не кажется ли вам, что объективно малым народам в любом случае суждено раствориться в более крупных и сильных?

Судьба этносов в современном мире — любопытна. С одной стороны идет глобализация: Европа объединилась, весь мир говорит по-английски. С другой стороны — в той же Европе возрождаются прежде умиравшие и погибавшие этнические образования. Например, бретонцы, кельты, валлийцы, которые изучают свои языки и фольклор.

Таким образом, возникли две тенденции — объединительные и выделяющие
региональные своеобразия. К сожалению, у нас этого не происходит, но я не теряю надежду.

А нужно ли это тем, кто сейчас живет в Санкт-Петербурге и соседних регионах?

Уверен, что это необходимо, чтобы понять, кто мы. С советского периода, и даже со значительно более давних времен, мы привыкли идентифицировать себя с какими-то гигантскими просторами. Мы все были так называемый советский народ, и эта странная этническая общность по-прежнему влияет на тех, кто живет в России. На самом деле, нормальный человек не может считать своим пространством какие-то гигантские территории. Свое — это что-то компактное, близкое. Наступит время, когда эта имперская идентичность уступит место идентичности региональной. И в этом мне видится любовь к родному дому, если хотите — настоящий, подлинный патриотизм.

Беседовала  ЮЛИЯ  ИВАНОВА

Юрий Темирканов

«Площадь Искусств» под крылом Темирканова

Девятнадцатый международный фестиваль «Площадь Искусств» пройдет в этому году с 14 по 26 декабря и будет посвящен 80-летию выдающегося дирижера Юрия Темирканова. Публику ждет встреча с крупнейшими мастерами современности, среди которых — сам Юрий Темирканов, а также Марис Янсонс, Рудольф Бухбиндер, Гидон Кремер, Лейф Ове Андснес, Юрий Башмет, Денис Мацуев, Николай Луганский, Вадим Репин, Маттиас Гёрне, Камерный оркестр Concerto Köln, Заслуженный коллектив России академический симфонический оркестр филармонии и другие прославленные музыканты и коллективы.

режиссер Виталий Манский

Виталий Манский: Враги народа сидят в Министерстве культуры

В Санкт-Петербурге завершается кинофестиваль «Артдокфест». До 12 декабря он проходит в Северной столице параллельно с московскими показами. Из-за цензуры конкурсную часть ранее перенесли за рубеж, на площадку Рижского международного кинофестиваля. Президент «Артдокфеста», режиссер Виталий Манский рассказал о съемках раннего Путина и о новом витке борьбы Мединского с фестивалем «Артдокфест».

Денис Мацуев

Денис Мацуев и банда юных волшебников (фото)

Свое выступление знаменитый пианист Денис Мацуев анонсировал с нью-йоркских улиц за день до 5 декабря, пообещав слушателям классику и джаз, огромное количество сюрпризов, импровизацию, душевность и хорошее настроение. Однако к этому моменту почти все билеты и так уже были распроданы. Мацуевский «Джаз среди друзей» в БКЗ «Октябрьский» в представлении не нуждается – первый концерт с большим успехом состоялся в прошлом году.

Павел Сафонов

Павел Сафонов: Мольер не предал себя

На сцене Выборгского дворца культуры 8 и 9 декабря состоится петербургская премьера спектакля московского Театра Ленком — «Сны господина де Мольера» по пьесе Михаила Булгакова «Кабала святош». Премьера постановки собрала аншлаги, невиданные уже давно, а теперь и в Санкт-Петербурге билеты на «Сны господина де Мольера» стремительно разлетаются.

Андрей Носков

Андрей Носков: Я всегда обожал музыкальный театр

Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии готовит премьеру мюзикла «Девчонка на миллион», в основе которого – киносценарий известного советского фильма «Начальник Чукотки». Музыку к проекту написал актер и музыкант Максим Леонидов, который исполнит в нем одну из центральных ролей. Премьерные показы пройдут на сцене театра 8-10 февраля 2019 года. Над постановкой работает Андрей Носков – актер театра и кино, известный по работам на различных сценах Санкт-Петербурга – от ТЮЗа до БДТ, а с недавних пор освоивший еще и профессию режиссера. О новом спектакле, о фугах Баха и мюзикле Элтона Джона «Билли Эллиот» Андрей Носков рассказал в преддверии премьеры.

Русский музей, Карл Маркс

Путь марксизма: в хрустале, с Микки Маусом и Пушкиным (фото)

В этом году мир отметил 200-летний юбилей Карла Маркса, остающегося одним из самых значимых и ярких мыслителей не только XX века, но и всей мировой истории. Понятия «марксизм» и «марксисты» прочно укоренились, как некий маркер политических и социальных ориентиров, в разных поколениях. Русский музей в честь этого события подготовил большую и многогранную выставку «Карл Маркс навсегда», которую петербуржцы смогут посетить в течение всего декабря и новогодних каникул.