Хосейн Нуршаг: То, что требует усилия для сохранения, уже умерло

В концертном зале «Колизей» 22 ноября выступят иранские музыканты с программой «Ушедший караван». Публика сможет насладиться авазом — уникальным аутентичным иранским пением в сопровождении исфаханского ансамбля «Фераг». Солировать будет певец Хосейн Нуршаг, который рассказал «Петербургскому авангарду», как рождается аваз, почему не стыдно плакать, что разделяет Россию и Иран и надо ли сохранять традиции.
Хосейн Нуршаг

17 ноября 2017.
Беседовала Юлия Иванова.
Рубрика: Театры / музыка. Тэги: .

Иран — неизвестная и только открывающаяся всеми миру страна. Поэтому предстоящий концерт — это редкая возможность познакомиться с ее глубокой культурой. Хосейн Нуршарг — певец с редким проникновенным голосом, носитель древней традиции, глубокий знаток истории и искусства своей страны, консультант Московской консерватории, юрист по образованию и вокалист по призванию.

аваз

Вы можете рассказать, когда и как начали заниматься пением?

Для восточных музыкальных культур характерна особая система преподавания: как правило, как и сотни лет назад, учителя берут детей в дом. Ученики живут у своего учителя и выполняют его задания. Это не консерватория, не институт музыки, не университет, хотя в восточных странах есть и такие учебные заведения.

У меня в семье было несколько иначе: почти у всех есть певческий голос, который наследуется от поколения к поколению. Мой прадед, как и его отец, был поэтом и певцом, исполнявшим вокально-религиозные произведения. Мой отец тоже обладает хорошим голосом. Но для них занятие музыкой — это, скорее, духовная практика. Они не давали концертов, более того — публичные  выступления считались не очень благородным занятием. Поэтому у моего отца это не было основной профессией. Он не выступал перед публикой, но был знатоком певческой традиции, а я учился у него.

Он пел, а я, слушая его, начинал копировать. Мой старший брат занимался игрой на сетаре. Мы устраивали семейные посиделки, на которых исполняли для себя традиционную музыку. Брат учил меня теории музыки и искусству игры на сетаре.

аваз3

То есть, у вас нет музыкального образования?

У меня нет высшего музыкального образования и даже среднего. Я занимался музыкой у мастеров и выдающихся учителей. В нашей стране все вокалисты обучаются в домашних условиях. Почти то же происходит у инструменталистов, хотя некоторые из них все-таки учатся в музыкальных вузах.

Может ли европеец или русский человек заниматься исполнением аваза?

Европейская музыка основана на определенных правилах и канонах, сложившихся исторически как результат творчества гениальных музыкантов. В нашей традиции это — результат культурных процессов жизни, истории в совокупности с психоэмоциональным состоянием исполнителя. Наша музыка — это не плод творчества конкретных персон, а результат жизни, опыта, истории.

Любой человек может заниматься любым делом. Тут надо исходить из того, какого результата он хочет добиться. Я могу, например, заниматься гимнастикой. Никто не может мне запретить, но вопрос в том — к какому результату я приду. Если я хочу стать чемпионом мира, то это вряд ли получится у меня сейчас, в моем возрасте и физической форме.

аваз1

А в чем заключаются особенности исполнения классической иранской музыки?

Это искусство не только очень тесно связано с классической поэзией, но еще и с разными религиозными течениями. Наша традиция в основном устная, технически сложная, потому что пение — спонтанно. Знаете, есть такой вид ковров, который называется келим. Ткущий его мастер импровизирует — исполнение и планирование рисунка идут одновременно. Это — высокое искусство. Аваз — практически то же самое, но в музыке. Это спонтанное воздействие данного момента на искусство вокалиста.

Есть так называемая граница священного действия. В древности люди имели возможность, не торопясь, наблюдать за природой и размышлять. В их жизни все было на грани этого священного действия. В наше время, в этом непонятном мире мы лишены такой возможности. Современный человек даже не успевает читать полезные книги, а не то что прислушиваться к звукам природы, наблюдать за ней.

В некоторых культурах еще остались небольшие элементы из наследия предков, которые являются инструментами или способами для преодоления бытовой суеты. Иранская вокальная традиция — тот редкий культурный элемент, с помощью которого можно дойти до мгновения отрыва от быта и проникновения в нечто недостижимое для человека, немыслимое. Исполнитель аваза не только сам приходит к этому состоянию, но и ведет за собой слушателя.

Этот момент не может быть заранее написан, структурирован, запланирован. Он вообще может не наступить. Это нужно почувствовать. Вот основное отличие нашей музыкальной традиции.

аваз2

Можно ли сказать, что ваш концерт предполагает определенный сюжет, направление развития, выверенное сочетание песен и инструментальных номеров?

Наше исполнение — это многослойное произведение. С моей точки зрения, всегда необходима какая-то основная тема концерта. Как правило, программа строится на поэзии наших классиков. Затрагиваемые ими темы суфизма очень сложны для современного человека, но крайне интересны. Музыка также является способом выражения эмоционального состояния человека. Исходя из этого и выстраивается драматургия концерта.

Наверняка, многие исполнители идут по пути упрощения традиций иранской музыки. Не было ли попыток сделать ее более современной, и как вы к этому относитесь?

Мы не являемся фанатичными хранителями традиций. Если музыка дарит ощущение чего-то неземного, счастья, то она имеет право на жизнь. Да и вообще все всегда имеет право на жизнь. Ничего запретить невозможно. Есть высокая традиция, есть вершина, на которой соединяются человек и священное действие. А есть люди, любящие сделать из этого что-то попсовое, такой популярный сейчас фьюжн. Для носителей традиций это не очень хорошо, но осуждать или запрещать таких музыкантов невозможно. К сожалению, везде традиции умирают.

Если есть насильственное усилие для сохранения какого-то явления, то оно уже умерло. И все эти усилия — бессмысленны. С этим надо согласиться и смириться. А будущим поколениями мы должны дать право на свою жизнь, ничего не навязывая, только предлагая.

аваз4

У меня аваз оставляет ощущение грусти… Почему эта музыка всегда такая протяжная, такая минорная?

У грусти — большой диапазон. Есть грусть от утраты кошелька, а есть грусть философская, глубокая, которая заставляет подумать, проникает прямо в сердце. Наша музыка — это своего рода генетический код наших предков. Они испытывали много трудностей, у них была драматичная история, там не было ничего веселого. И та грусть, которая звучит в музыке, отпускает негатив, давая выход эмоциям. Иногда люди поют от того, что им плохо, но пение помогает меньше страдать.

Мы, как и русские, любим шутить: иранцы веселые люди, но диапазон их эмоционального состояния очень широк. Например, в России мужчинам нехорошо плакать. А почему? Что он теряет? Мужество? Силу? А у нас плакать не стыдно, если это стоит того. Для нас грусть — это полет, открывающий новую страницу жизни.

Кстати, а почему вы решили жить в России? Наши народы похожи?

У нас много общего, но где-то наши пути разошлись, в том числе — по религиозным соображением. А с другой стороны, между нашими народами и странами существуют другие государства — человеческая граница. И до сих пор контакт русских и иранцев не складывается. Тем более что существуют политики, а они всегда способствуют сохранению дистанции между народами.

Вам нравится выступать в России? Наша публика чем-то отличается от слушателей в других странах?

Мне кажется, русская душа — это то, что до конца не раскрыто ни философами, ни поэтами, ни музыкантами. Русская публика очень непосредственная, прямая и открытая. После концертов люди задают мне такие вопросы, которые заставляют долго думать. Это — то, что задержало меня в России.

У меня бывают концерты в Японии, Южной Америке, Европе, но больше всего мне нравится работать в России. Уезжая в другие страны, я скучаю по русской публике.

аваз5

Беседовала ЮЛИЯ  ИВАНОВА

Будь с городом!

«Будь с городом!»: Как это было (фото)

В воскресенье, 5 августа, на Дворцовой площади петербуржцы веселились на фестивале «Будь с городом!». Концерт, игры и квесты проходили в поддержку благотворительных организаций Санкт-Петербурга. Лучше всех смысл названия-призыва раскрыл руководитель волонтеров организации «Мята» Антон Кашкаров: «Город — это не улицы и фонтаны, это, прежде всего, люди, которые его населяют. Будьте с городом — будьте городом». Ему вторит вице-губернатор Константин Серов: «Наш город, переживший многое, знаменит тем, что всегда считал боль других и своей болью».

Музыки мира

Кого слушать на фестивале «Музыки мира»

С 11 по 12 августа в Шереметевском дворце (Музее музыки) в третий раз пройдет этнический фестиваль «Музыки мира». Сердце фестиваля – это, конечно, этническая музыка в блистательном исполнении современных звезд этно-рока и этно-джаза. А вены и артерии – это материальная культура, окружающая традиционную музыку разных регионов.
Самый этнический уикенд лета раскинется в центре Санкт-Петербурга, на набережной Фонтанки, 34, сразу на трех площадках. На парадном дворе Шереметевского дворца с 14:00 до 20:00 зрителей ждут башкирская, киргизская и тувинская юрты, уроки каллиграфии, акварели, рисунков хной и работы со стеклом, а главное – встречи с мастерами, которые строят этнические инструменты.

Дмитрий Мирапольский

Дмитрий Миропольский: Для России секретные службы — основа основ

Дмитрий Миропольский уже заслужил прозвище Петербургский Дюма. В августе издательство «Эксмо-АСТ» выпускает его новую книгу — роман «American’ец», посвященный приключениям и кругосветному путешествию, пожалуй, самого знаменитого русского авантюриста начала XIX века графа Федора Толстого.

Захватывающее повествование об этом ярком и противоречивом персонаже российской истории написал автор бестселлеров последних лет, названный «Медиаперсоной 2017 года», лауреат Национальной литературной премии «Золотое перо Руси» Дмитрий Миропольский. Его роман «1916/Война и Мир» вошел в лонг-лист премии «Национальный бестселлер», а по книге «1814/Восемнадцать-четырнадцать» были сняты одноименный фильм и сериал. Роман «Тайна трех государей» победил в литературном конкурсе «Книга года: Сибирь – Евразия», и только за первые месяцы после выхода в свет эта книга разошлась тиражом более 160 000 экземпляров.

Дарья Павленко, стоп-кадр видео

Дарья Павленко: Лучший балет — тот, который репетируешь

28 июля 2018 года прима Мариинского театра, заслуженная артистка России Дарья Павленко танцевала последний балет в родном театре, после чего покинула труппу, в которую влилась в 1996 году. В 2004 году Дарья Павленко стала самой молодой примой Мариинки. На сцене этого театра она станцевала почти четыре десятка спектаклей.
В 2000 году балерина награждена призом «Душа танца» от журнала «Балет» в номинации «Восходящая звезда», а в 2001-м получила специальную премию музыкального жюри фестиваля «Золотая маска» — за исполнение партии Королевы снежинок в балете «Щелкунчик» Петра Чайковского.

Ирина Ярославцева

Ирина Ярославцева: «Музыки мира» будут звучать в Шереметевском квартале

Этнический фестиваль «Музыки мира» пройдет в Шереметевском дворце – Музее музыки 11 и 12 августа уже в третий раз. Художественный руководитель фестиваля Ирина Ярославцева рассказала «Петербургскому авангарду», зачем академическому музею этно-рок и этно-джаз на открытом воздухе, кого хочет слышать широкая публика, и что нужно сделать на фестивале своими руками.

Точка доступа

«Точка доступа»: вопросы и ответы

В воскресенье, 5 августа, в Санкт-Петербурге завершается четвертый фестиваль «Точка доступа» — самый большой в России форум, специализирующийся на нестандартном формате театрального искусства. Подмостками спектаклей становятся городские ландшафты, сады и парки, палуба речного теплохода и даже городские пустыри. Еще с 2015 года «Точка доступа» работает и как продюсерский центр, который не только предоставляет локации для приглашенных режиссеров и актеров, но и создает собственные сценические премьеры.