Евгений Кощевский: Россияне с удовольствием здороваются с Чертом

Театр «Деревянная лошадь», возникший в Ленинграде до перестройки, за границей знают лучше, чем на родине. Руководитель театра Евгений Кощевский рассказал о редкой профессии кукольника.
fdggfhfgh

9 марта 2016.
Текст: Любовь Костерина, фото: Илья Смирнов.
Рубрика: Театры / музыка. Тэги: , .

17
Столько кукол входят в сегодняшнюю труппу театра «Деревянная лошадь».
Евгений Кощевский — директор и артист театра кукол «Деревянная лошадь». Родился в Ленинграде в 1985 году. Искусству управления куклами обучался у отца Игоря Фокина, который и основал театр в Царском Селе в середине 1980-х годов. Самостоятельно Евгений впервые вышел на сцену в 15 лет. С театром марионеток активно выступает в России с 2006 года. С 2011 года в основном работает за рубежом, участвует в фестивалях и праздниках.

Весь в черном, в шляпе и с большим чемоданом — на таможнях кукловода пропускают с трудом. И все-таки театр «Деревянная лошадь», возникший в Ленинграде еще до перестройки, за границей знают лучше, чем на родине. В Кембридже в честь него установлен памятник. «Авангард» застал руководителя театра Евгения Кощевского в Петербурге. Наш разговор — о редкой профессии кукольника, секретах создания марионеток, причудах российских пограничников и об Америке, где артист жил несколько лет.

Вы пришли на интервью с одной из марионеток. С виду это мышонок с хоботом, как у слона. Представьте вашего товарища.

— Это одна из моих самых любимых марионеток — Дуду. Он был сделан для спектакля «Финист Ясный Сокол» еще в 1987 году. Служил дудкой злого царя. Тот приходил и говорил: «Сейчас вы будете плясать под мою дудку». После чего появлялся Дуду.

На самом деле он добрый?

— Да, я даже не уверен, нравилась ли ему эта роль. Потом уже с радостью Дуду стал играть роль веселого музыканта. Теперь он символ нашего театра.

Дуду — из стареньких. А какие куклы вы создаете сегодня?

— В театре есть Петруша — в треуголке, с гитарой, одет в духе комедии дель арте. Я делаю постмодернистское отображение этой куклы в виде рок-музыканта. То же лицо и комплекция, но измененная пластика движений и раскраска в духе глэм-металла. С этой куклой планирую несколько вариантов выступления, активно работаю над представлением с прямой трансляцией на экран. Сейчас в больших залах с моими марионетками работать сложно, они мелкие. Первые ряды видят напрямую. Плюс представление включает интерактивную часть, куклы общаются со зрителями, а задние ряды этого лишены.

Почему не сделать кукол большего размера?

— У марионеток велика проблема инерции. Чем больше кукла, тем медленнее она будет двигаться — сильно изменится пластика. Поэтому при создании марионетки очень кропотливая работа в том, чтобы найти нужные движения, правильно ее подвесить.

Искусству вас научил отец — основатель петербургского театра Игорь Фокин?

— Да. Обучать он начал, когда мне было лет шесть. Шли перестроечные годы, театр давал уличные представления. На День города и в другие праздники. Игорь брал меня с собой. В 91-92-м я первый раз показывал куклу, которую звали Егор.

Отец учил меня управлять куклами и создавать их. Единственное, что я плохо освоил, — это резьба по дереву. Предпочитаю другие материалы. Леплю заготовку, потом использую свой особый рецепт, который позволяет делать фактуру и вес, как у дерева. К сожалению, многое пришлось выяснять самому, — мне было 11 лет, когда папы не стало. Мы уже жили в США.

Как вы там оказались?

— Отец в первый раз поехал в Штаты в 1992 году. Буквально на две недели, с коллективом «Классического театра» — с постановкой «Три сестры» по Чехову. Взял с собой несколько кукол. Выяснилось, что с ними можно успешно выступать в Кембридже на Гарвардской площади. На следующий год поехал туда на все лето. В конце мая 1994 года мы перебрались всей семьей. В Америке у меня родились сестра и брат. Театр «Деревянная лошадь» наконец получил признание. Отец умер 21 сентября 96-го — его коллеги-артисты устроили благотворительный концерт, чтобы как-то помочь нам. Вскоре мы вернулись в Россию.

fgjhgjhgj

Как возникло решение, что вы будете продолжать дело отца? Вы были подростком и за все время еще бог знает кем могли стать…

— В принципе я и стал. Развивался совсем в другом направлении. С детства занимался музыкой — я кларнетист — и также осваивал академический вокал.

Выступать с куклами начал в Петербурге в 15 лет. Моя сестра тяжело болела, и в отделении больницы, где она лежала, я показал первое самостоятельное представление. Потом давал представление для съемок документального фильма про отца. И активно стал выступать с 2006 года.

Ваш театр, как говорится в анонсе, сохраняет дух старинного театра кукол. За счет чего?

— Сейчас очень популярно соединять кукол и современные технологии, применять какие-то лампочки, другие фокусы. Я не вижу в этом никакого смысла. Театр кукол имеет большую историю. Настоящие марионетки — те, которые управляются с помощью ниток или лесок. Как, например, у моего замечательного петербургского коллеги Виктора Антонова в его спектакле «Цирк на нитях». Кроме того, в нашем театре нет уродства кукол. Даже скелеты и то не страшные, а симпатичные — танцуют под песню «Светит месяц, светит ясный…».

Почему вы избегаете уродства кукол? Сегодня стало трендом делать детские игрушки в виде монстров, вампиров и подобного.

— Да, это модно. Но представления нашего театра предполагают,что куклы должны быть эстетически привлекательны. «Деревянная лошадь» подходит и для маленьких зрителей от двух лет, и для взрослых. Разумеется, какие-то шутки могут быть детям непонятны. Например, когда кукольный Черт забирается кому-нибудь на плечо и начинает нашептывать на ухо. В случае с детьми он подходить к ним близко не будет.

С этой куклой, кстати, связано много забавных историй. Помню, китайская старушка, увидев маленького Черта на улице, стала стучать по нему зонтом. В Малайзии с ним вообще пришлось быть очень аккуратным — для мусульман это страшный и опасный «шайтан». Есть сцена в спектакле, когда Черт быстро пробегает по кругу. Так зрители в первых рядах просто шарахались от него, наскакивали на тех, кто стоял сзади. В итоге пришлось изменить сценарий и убрать этот момент из-за соображений безопасности.

В России с чертями попроще?

— Да, у нас с ними все нормально. С большим желанием с Чертом все здороваются. А в Европе их просто любят.

fhgfjhjgjghj

В восприятии кукольного театра в разных странах есть «национальные» особенности?

— Для меня уличное представление — своего рода способ понять ментальность. Именно когда выступаешь на улице, ближе всего соприкасаешься с людьми, видишь, как они реагируют, что их трогает, даже можно почувствовать сам дух народа, характер.

Я себе устроил достаточно тяжелый марафон уличных выступлений в Малайзии длительностью в полгода. Горный курорт приглашал артистов работать в шляпу, оплачивались дорога, проживание, еда и где-то $1000. Все остальное — сколько сам заработал. Мне не требуется большой сцены, поэтому я перемещался с места на место по территории курорта, парка аттракционов. И что заметил — малайцы не улыбаются! Хотя там есть разные группы туристов. Например, из Дубая — идет один араб, а за ним десять укутанных жен, но по глазам все равно видно, что им нравится. Из Таиланда очень улыбчивые зрители. А что малайцы, что китайцы смотрят с серьезным видом, не показывают эмоций, хотя в конце аплодируют.

Где ваш театр побывал в Европе?

— В Финляндии, Швейцарии, Германии, Польше (она мне особо интересна, потому что имею польские корни). Я люблю в Европе выступать. Гораздо больше, чем в Азии, где люди смотрят на представление сплошь через экраны планшетов и телефонов. Ведь это промежуточное звено убивает половину спектакля.

Должен сказать, что гастроли вообще стали расцветом театра. Стандартная история в России с артистами: внутри страны чего-то добиться трудно. А когда человек выезжает за границу, имеет там успех, то возвращается обратно и вдруг выясняет, что можно работать и в России. После того как наш театр стал активно гастролировать, он стал более востребован и в Петербурге.

Помню, как еще в 2009 году выступал у «Мюзик-Холла» — публика у нас очень странно реагировала. «А сколько стоит ваше представление?» — спрашивали меня. Сколько стоит, если я на улице стою? Вот шляпа — хотите, посмотрите представление и заплатите, не понравится — ничего не надо. Формат профессионального уличного выступления (а не ситуации, когда дышащий перегаром гитарист нагло требует денег) для людей был абсолютно непривычным. Сейчас это стало более понятным.

Чем больше работаешь с куклами, тем меньше понимаешь шутки про спутавшиеся наушники.


Развит ли современный Петербург с точки зрения кукольного искусства? И вообще как изменился город с тех пор, когда здесь давал представления ваш отец?

— Изменения, конечно, огромные. Этот номенклатурный контроль, который присутствовал везде… В Пушкине театр был практически разрушен из-за того, что отец был неугоден местному Горисполкому, он не хотел сотрудничать с партией. Однажды мы уехали на неделю, вернулись — театр заколочен, висят три куклы: два разбойника (один сейчас Арлекин, другой Пьеро) и Дуду. Здание опечатано.

В советские годы создать свой театр было очень тяжело. После перестройки наметилось активное развитие культуры, появились огромное количество площадок, новые театры. Например, с радостью наблюдаю, как с 90-х живет театр «Странствующие куклы господина Пэжо». Это современная комедия дель арте. На мой взгляд, один из ярчайших коллективов. Сейчас он базируется в Южно-Приморском парке.

Понятно, что в Петербурге есть Большой театр кукол. Очень много Петрушек, масса совсем детских театров — для садиков и начальной школы в стилистике «Спокойной ночи, малыши!». Сейчас планируем небольшой кукольный фестиваль в Петербурге. Если все сложится, он состоится в сентябре.

В целом в городе проходят много фестивалей. Был КYКАРТ — я выступал на Невском. Так получилось, что во время номера дети уронили мою стойку, две куклы упали, нитки запутались. Но обычно легко их распутываю, если никто не пытается мне помочь.

У вас, как на заводе, тоже бывают аварийные ситуации?

— Да, чем больше работаешь с куклами, тем меньше понимаешь шутки про спутавшиеся наушники.

Каким вы видите развитие своего театра? Сейчас у вас нет площадки…

— Не думаю, что нам нужна своя площадка. В основном все-таки театр гастролирующий. Мне интересно выступать на фестивалях. Кроме того, для таких марионеток придется создавать очень своеобразный зал — небольшой, но многоярусный. В перспективе вижу развитие сценарных спектаклей. Есть идея поставить «Севильского цирюльника» по Бомарше.

А какие страны еще хотели бы открыть для «Деревянной лошади»?

— Как раз сейчас договариваюсь, чтобы поехать в Британию. Хочу попробовать выступать в Южной Америке, где очень своеобразные фестивали. Например, в Бразилии по умолчанию все фестивали идут с трансляцией на огромные экраны. Многотысячная толпа, как на рок-концерте. Конечно, очень интересно получить такой опыт.

Кукла Черт

Сложно марионеток через границу перевозить?

— Сложнее всего на самом деле у нас. Марионеток всегда вожу с собой, в салоне — в багаже никогда не повезу, как музыкант свой инструмент. Проблема возникает в зоне безопасности, когда сотрудники видят мой чемоданчик. Каждый раз слышу: «Пожалуйста, откройте». «Что это?». Куклы, я артист, вот моя визитка. Все это знаю наизусть, заранее приезжаю в аэропорт. Но бывают и неожиданные реакции.

Когда я ехал из Цюриха, меня спросили: «Вы коллекционируете кукол?». А вопрос про вуду был просто замечательный. Летел из Малайзии через Амстердам, уставший, плохо себя чувствовал, трясло, принял лекарства против укачивания. Трансфер был долгим, совсем спать захотел. Прохожу контроль. Останавливают — показываю кукол. «А это точно не вуду?» — пристально смотрят на меня. Кстати, российские пограничники — единственные, кто постоянно обнаруживают в Бабе-яге «патрон».

Там механизм какой-то?

— Утяжеление куклы — небольшая свинцовая вставка. И только на нашей границе ее видят, больше нигде.

Еще много зависит еще от того, как я одет. Если в костюме, во френче — казалось бы, приличный человек, а наоборот — ко мне относятся повышенно серьезно. Начинают подозревать чуть ли не в терроризме. А если лечу в джинсах, косухе, то все спокойнее. Видимо, так я, на взгляд таможенников, больше похож на артиста. В общем, в зависимости от костюма у нас по-разному проверяют.

Не могу не спросить о том, что обсуждается со всех экранов. Вы жили в Америке — на чьей вы стороне в сегодняшнем противостоянии двух стран?

— Знаете, у меня много друзей среди американцев. Они очень сочувствовали, когда курс рубля упал: как вам плохо, как же вы будете жить. Никто не думает, как бы Россию «съесть». Ну а с представителями американского правительства я не знаком, равно как и с представителями нашего.

И вообще простые американцы — замечательные люди. Они вовсе не тупые, как у нас пытаются представить. Да, у них немного другое восприятие жизни, они не могут понять каких-то русских хитростей. Например, если заказываешь в США карандаши с логотипом фирмы, тебе предоставляют бесплатно десять пробных экземпляров. Карандаши понравились — американцы закажут уже партию. Что делают россияне? Заказывают десять экземпляров в одной, десять в другой, десять в третьей фирме и так далее. В результате получают все карандаши бесплатно. Это даже не обман, а такая наша смекалка. У нас, видимо, это еще с советского периода идет, со времени постоянного дефицита. Американцы этого не понимают. У них рыночные отношения развиваются не одно столетие, а в России — всего пару десятков лет.

Как артист и человек, имеющий историческое образование, могу сказать, что все эти политические разногласия на самом деле временные. Десять или 15 лет пройдет, потом все равно что-то изменится. Сменится правительство, сменятся векторы развития. А искусство останется.

 

Игорь Шибанов, актер ТЮЗа, из личного архива

Игорь Шибанов: театр, театр и еще раз театр

Народный артист России Игорь Шибанов отмечает юбилей 14 сентября 2019 года. Обаятельный, с легкостью импровизирующий, глубокий и нестандартно мыслящий актер служит в ТЮЗе имени Брянцева с 1964 года. Выдающийся ученик Зиновия Корогодского к своему 75-летию — корифей труппы и любимец зрителей. За время работы в ТЮЗе артист сыграл более 90 ролей. Вспомним вошедшие в летопись театра художественные образы Игоря Шибанова, каждый из которых являет крупицу удивительного дарования артиста.

джазовый фестиваль "Большой джем", пресс-служба

Чудеса «Большого Джема» в Сестрорецке

В минувшие выходные, 7 и 8 сентября 2019 года, прошел пятый юбилейный джазовый фестиваль «Большой Джем», который ежегодно считается самым продолжительным джазовым openair-джемом в мире. Этот семейный фестиваль открыл свои двери в историческом центре Сестрорецка — на территории культурного креативного пространства «Петровский арсенал», где два дня звучал высококлассный джаз. Более 22 тысяч гостей фестиваля порадовал бесплатный вход и созданные организаторами лаундж-зоны. Все детские и спортивные зоны фестиваля работали абсолютно бесплатно, чтобы каждый желающий мог беспрепятственно все попробовать и во всем поучаствовать.

Мертвые души. Фото Юлии Смелкиной предоставлено пресс-службой Театра Ленсовета

Мертвые души: Поэма застоя

В апреле этого года в Театре имени Ленсовета состоялась премьера по поэме «Мертвые души» и другим текстам Николая Васильевича Гоголя. Режиссер постановки — Роман Кочержевский, уже получивший за спектакль «Золотой софит» в номинации «За лучший режиссерский дебют». Эта постановка ни на что не похожа – в прямом, изначальном смысле этих слов. Она не претендует на что-то чрезвычайное, из ряда вон, и ее выразительные средства напоминают те, что публика видит на других сценических площадках города. Но нет! отличия огромные.

Диорама Блокада Ленинграда

Ленинград — это Мы. Ленинград — это Я

На сцене театра «Суббота» 7 и 8 сентября 2019 года состоялись первые показы спектакля «872 дня. Голоса блокадного города». Премьера была приурочена к 75-й годовщине освобождения Ленинграда от блокады 1941-1944 годов. На основе «Блокадной книги» Алеся Адамовича и Даниила Гранина, текстов и дневников Лидии Гинзбург, Дмитрия Лихачева, Ирены Дубицкой, Геннадия Гора, Павла Зальцмана, Татьяны Великотной, Веры Берхман и других очевидцев труппа театра создала совершенно особый спектакль, который необходимо увидеть всем петербуржцам от мала до велика. В спектакле заняты артисты Софья Андреева, Иван Байкалов, Анна Васильева, Владислав Демьяненко, Марина Конюшко, Анастасия Резункова, Екатерина Рудакова, Григорий Сергеенко, Снежана Соколова, Оксана Сырцова, Григорий Татаренко, Владимир Шабельников, Дарья Шиханова, Кристина Якунина.

Блокадный хлеб, фото Военно-медицинского музея

В городе проходят мероприятия в память о жертвах Блокады Ленинграда

В воскресенье, 8 сентября (12.00), в городе на Неве проходя публичные чтения списков погибших в Ленинграде во время блокады 1941-1944 годов. К акции Дня памяти присоединились: Государственный Эрмитаж, Государственный Русский музей, Музей Анны Ахматовой, Капелла, Дом журналиста, Дом актера, Театр “Балтийский дом”, Театр имени Ленсовета, Музей Достоевского, Российская национальная библиотека, библиотека Маяковского и ее филиалы, Библиотека Гоголя и многие другие площадки (более 30), список которых постоянно расширяется.

Светлана Лаврецова

Светлана Лаврецова: 98-й сезон ТЮЗа будет очень насыщенным

Санкт-Петербургский театр юных зрителей открывает сезон 1 сентября 2019 года, в унисон со школьниками, празднующими День знаний. Театр живет активной жизнью, являясь частью культурного наследия Санкт-Петербурга. Новый, 98-й, сезон будет наполнен премьерами, гастролями и грандиозными международными фестивалями. Директор ТЮЗа Светлана Лаврецова в интервью «Петербургскому авангарду» подвела итоги предыдущего года и поделилась планами на следующий. Она рассказала, какие премьеры запланированы в ТЮЗе и в каких городах спектакли театра можно будет посмотреть.